Сергей Комков. Книга Ваххабит. Социально-политическая драма стр 100 - 149

обговорённому сценарию: подбросили компромат, «изъяли» и быстренько состряпали дело?

- Вы можете объяснить, почему уголовное дело возбудили в 17 часов? — спросил адвокат Ряховский следователя.

- Справка могла поступить по факсу, — ответил он.

Однако допрошенный 22 ноября эксперт утверждал обратное:

- Я никому не направлял справки по факсу, и никто этого не делает. Такие документы направляются нарочным по предъявлению удостоверения.

Интересные детали рассказал допрошенный в суде свидетель 14-летний сын Мансура Ишангареева:

- Сначала человек в камуфляжной форме засунул руку в валенок, — сообщил суду подросток. — А потом уже другой сотрудник милиции вытащил из этого валенка гранату. Валенки — общая обувь, которую у нас дома надевают все, иногда даже маленькая сестра. В то утро я сам надевал эти валенки, когда провожал милиционеров курить на крыльцо. Это было ещё до того, как нашли гранату.

В общем, сфабрикованное дело трещит по всем швам.

Судье предстоит сделать непростой выбор: вынести приговор по закону и справедливости, тем самым разоблачив стряпню правоохранительных органов и вызвав недовольство власть имущих заказчиков этого дела, либо подыграть им, засудив невиновного человека за преступления, которые он не совершал.

На торжество справедливости надеются не только Мансур Ишангареев, его родственники и защитники, но и тысячи российских мусульман, внимание которых сейчас приковано к событиям, разворачивающимся в Икрянинском районе. В адрес суда продолжают поступать обращения от неравнодушных к судьбе ближнего соотечественников.

Одно из них, от председателя Совета муфтиев России Равиля Гайнутдина.

 А это цитата из обращения председателя Центрального духовного управления мусульман Ульяновской области Фатыха Алиулллова:

«Хорошо зная Мансура Ишангареева, мы убеждены, что он не мог совершить того, в чём его обвиняют. Искренне просим Вас разобраться в этой трагической для него, для его семьи и для всех мусульман ситуации».

Без всякого преувеличения можно утверждать, что от приговора Мансуру Ишангарееву зависит вера российских мусульман в законность и справедливость. Их права так часто нарушаются на родной земле, что вера в правосудие с каждым днём убывает. Укрепится ли она или окончательно рухнет? Об этом мы узнаем, услышав приговор Мансуру Ишангарееву.

                                                                                                                        

Виктория Карпова

Из газеты «Вопросы религии»:

:

«ШИТО БЕЛЫМИ НИТКАМИ»

В Икрянинском районном суде Астраханской области продолжается судебное заседание по уголовному делу в отношении Ивакиной и Ишангареева. Напомним читателям, что Ишангарееву инкриминируется мошенничество, а также хранение боеприпасов и наркотиков. Однако его защитники — адвокаты  убеждены, что дело по всем статьям сфабриковано.

Была допрошена ещё одна потерпевшая. Как и пятеро других потерпевших по этому делу, допрошенных накануне, она не имеет, и не имела раньше претензий к Мансуру Ишангарееву. «Потерпевшая» сообщила суду, что подписать заявление ей предложил старший оперуполномоченный ОБЭП Икрянинского РОВД.

- Я поставила подпись необдуманно. И потом пожалела об этом. Если бы ко мне не приехал этот оперуполномоченный, я бы ничего не стала подписывать, — сказала на суде «потерпевшая».

Интересные показания дал сам оперуполномоченный, допрошенный как свидетель. На большинство вопросов, имеющих существенное значение для судебного следствия, он отвечал: «Не помню». При этом он хорошо помнил, что граната, которую он нашёл в валенках в доме Ишангареевых, была затем упакована в пакет и перевязана белой нитью. Кстати, и наркотики были найдены им. Явно везло оперуполномоченному на находки. Странно, что столько важного он запамятовал.

- У вас как-то избирательно работает память, — заметил адвокат Владимир Васильевич Ряховский. — Белую нитку запомнили, а другое не помните.

- Потому что я пользуюсь белой нитью постоянно, — ответил оперуполномоченный.

Похоже, он пользуется ею не только в прямом, но и в переносном смысле. Чем ещё, как не белой ниткой, шито это дело?

Подсудимая Ивакина, которая обвиняется в том, что незаконно завладела долями учредителей ООО «Волжанка», дала показания, как подверглась давлению в Икрянинском РОВД:

- Когда меня пригласил следователь, у него в кабинете сидел сотрудник УБОП. Он сообщил мне об аресте Ишангареева и сказал: «Если вы нам поможете, то все ваши учредители, которые против вас, замолчат. А если не поможете, не будете с нами работать, мы вас посадим». Они хотели, чтобы я подписала какой-то документ, якобы я видела у Ишангареева наркотики, оружие. Но я никогда этого у него не видела и ничего подписывать не стала. Следователь ногой по полу постучал: «Там внизу Ишангареев сидит, а в углу камера свободная, мы туда тебя посадим». Мне сделалось плохо. Он напугался и воды мне принёс. Когда меня отпустили, я еле дошла до дома. Потом вызывала «скорую помощь».

Этот следователь и другие оперативники из УБОП, которые вызывались свидетелями в суд, 14 октября не явились. Не явился и муфтий Ильясов. Накануне все они приходили, но допросить их не успели.

Говорят, неявка сотрудников УБОП связана с событиями в Нальчике. Возможно, неявка Ильясова связана с тем же самым. Он в этот день призывал астраханцев «сплотиться против бандформирований, которые несут людям зло». Хороший, правильный призыв, но только если слова не расходятся с делом.

Так не пора ли Ильясову, сменив тюрбан и халат муфтия на форму сотрудника спецслужб,  начать бороться с реальными бандитами, а не устраивать гонения на неугодных ему мирных людей, вешая на них ярлыки ваххабитов, как вышло в истории с Ишангареевым?       

Иван Лазутов

«СОЗДАВАЯ ОБРАЗ ВРАГА»

Бороться с врагом — святое дело, не так ли? Подобная борьба каждому прибавляет авторитета. Но что делать, если авторитет тает, как весенний снег, а героическую борьбу вести, увы, не с кем? Ответ прост: надо придумать врага, отыскать в тёмной комнате чёрную кошку, которой там нет.

Создаётся впечатление, что любимое занятие муфтия Астраханской области Назымбека Ильясова — изобличать «ваххабитов». И в этом деле, похоже, у него предостаточно помощников и покровителей.

Расчёт верен. Понятие «ваххабизм», неизвестное ранее российскому обывателю, с ловкой подачи хитромудрых ораторов, становится синонимом терроризма, экстремизма. Под флагом борьбы с ваххабизмом очень легко и удобно устранять крепких оппонентов (возможно, более достойных).

Вспомним «врагов народа» 37-го года прошлого  столетия. Большинство репрессированных того времени сейчас реабилитировано,  в основном посмертно. Безвинные люди по наветам хулителей, по доносам негодяев были превращены в лагерную пыль, их семьи были развеяны по стране, их дети несли крест детей «врагов народа».

Где гарантия, что сейчас на порядочного человека, патриота своей страны, не повесят ярлык ваххабита, как в прошлом вешали ярлык врага народа?

Быть может, для того, чтобы на должном уровне отделять зёрна от плевел, 4 июня 2004 года в соответствии с постановлением  Губернатора Астраханской области № 172 был создан экспертный совет по вопросам проведения государственной религиоведческой экспертизы. К его компетенции относится изучение и экспертиза сугубо религиозной принадлежности и характера организаций, их учения и связанных с деятельностью документов в строгом соответствии с канонической практикой. Также совет осуществляет проверку организаций и документацию, принадлежащую религиозным организациям или группам в соответствии с законодательством  Российской Федерации

31 января 2005 года я сдала главному редактору газеты «Астраханские известия», в которой работала до недавнего времени, свою статью «Посевы зла». В ней имелись неприглядные факты, касающиеся муфтия Астраханской области Ильясова.

Я была удивлена, узнав, что эта статья направлена в вышеупомянутый экспертный совет — никогда прежде моему руководству не приходило в голову подвергать мои материалы экспертизе. Быть может, поступили ценные указания от Назымбека-хазрата? Этого не скрывала моя коллега Ирина Соловьёва, заявившая на совещании: «У нас в редакции был сам хазрат, то есть мы прорабатывали этот вопрос».

«Статья Карпычевой В. Р. «Посевы зла» не может являться объектом, требующим экспертной оценки совета», — сообщила в письме № 05-02 от 21 февраля 2005 года на имя главного редактора «Астраханских известий» Игоря Бодрова  заместитель председателя Правительства Астраханской области Екатерина Лукьяненко. Вместе с тем, она взяла на себя смелость дать такие рекомендации: ««Считаем нецелесообразным выход в свет статьи Карпычевой В.Р. в региональных СМИ и, в частности, в «Астраханских известиях» по причине следующего. Тема религиозных конфессий сама по себе очень деликатная, тонкая, а появление в свет подобной статьи повлечёт за собой напряжённость и раскол в мусульманской составляющей. Не следует расшатывать устои традиционных для области религиозных учений, это может повлечь за собой неадекватные реакции со стороны верующих мусульман, которые в свою очередь окажут влияние на общую общественно-политическую ситуацию в регионе, подрывая основы мирного сосуществования этносов, проживающих на территории Астраханской области, что крайне нежелательно для полиэтничного региона».

Казалось бы, правильные слова. Но на фоне последующих событий они, как мне кажется, выглядят фарисейством.

Всего через два дня, 23 февраля, в газете «Комсомолец Каспия» № 15 было опубликовано интервью с муфтием Ильясовым, в котором он бездоказательно обвинил фигурантов моей статьи «Посевы зла» Кинжилаева и Ишангареева (неугодных ему людей) в ваххабизме. Того самого Кинжилаева, имам-хатыба Старокучергановской мечети, прихожане которой выразили недоверие председателю Астраханского регионального духовного управления мусульман, муфтию Назымбеку Ильясову и приняли решение войти в состав Духовного управления мусульман Европейской части России. Того самого Ишангареева, который обратился в Наримановский РОВД с заявлением о  привлечении к уголовной ответственности Ильясова Н. А. за нанесение побоев и оскорбление.

Кинжилаева и Ишангареева долго, старательно мазали дёгтем. 9 марта в газете «Факт и компромат» появляется статья «Экстремисты меняют тактику», 30 марта в «Степной нови» публикуют материал «Ваххабизм: религия, несущая смерть». Аналогичные человеконенавистнические, на мой взгляд, публикации, возбуждающие ксенофобию, можно было прочитать и на страницах других газет. По-видимому, выход в свет подобных статей госпожа Лукьяненко посчитала целесообразным?

А что же тихо дремлет экспертный совет по вопросам проведения государственной религиоведческой экспертизы? Есть ли хоть один вразумительный документ, хоть единственное экспертное заключение о том, что Кинжилаев и Ишангареев проповедовали ваххабизм? Нет ничего, кроме огульных обвинений и личной неприязни к этим людям со стороны муфтия Ильясова.

«Антиваххабистская» истерия, нагнетаемая астраханскими СМИ, не прошла даром. Мансур Ишангареев арестован и сидит в тюрьме (когда нет врага, его можно придумать, когда нет преступления, можно без труда сфабриковать дело — должны же были как-то отреагировать правоохранительные органы на публикации о проповеднике ваххабизма).

И вот уже появляются очередные статьи в газетах: «Задержан лидер ваххабистской ячейки», «В Бехтемировке собираются провести референдум о выселении односельчанина». Сергей Попов, смакуя подробности, поведал читателям «Волги» о сходе в селе Бехтемировка: «У меня Беслан до сих пор в сердце сидит, боль от этой трагедии не утихла, — эмоционально кричал с трибуны схода в микрофон пожилой бехтемировец. — Почему мы даём волю таким людям, как Ишангареевы?».

Ну вот, пожалуйста, имя Ишангареева уже с Бесланом связывают. Борьба с врагом по полной программе. Ату его, ваххабита проклятого! Долой Ишангареевых из села!

Извините, а жена и дети в чём провинились? Не слишком ли вы круто взяли, товарищи? И как Вам это нравится, госпожа Лукьяненко?

Нелишне было бы вспомнить и о презумпции невиновности. Назвать человека преступником может только суд. Так что не усердствуйте раньше времени, создавая образ врага. Кнут может хлестнуть в обратную сторону. В эпоху репрессий прошлого столетья многие доносчики и клеветники сами впоследствии попадали в разряд «врагов народа».

        Вероника Карпычева, безработный журналист-правозащитник.

Генерал Осинин, быстро пробежав глазами лежащие перед ним публикации по поводу «икрянинского ваххабита», снял трубку внутренней связи:

·        Вызовите ко мне полковника Губанина! И срочно соедините меня с этим придурком из Астраханской области – с Верховским!

Звонок помощника, который сообщил о том, что Астрахань на связи, точно совпал с моментом, когда порог кабинета пересек полковник Губанин.

Генерал указал ему жестом на стул и схватил трубку телефона.

·        Ну, что, засранец, допрыгался?! – Прокричал генерал.

Вошедший в кабинет замер на месте, опасливо озираясь по сторонам. Но, только когда генерал продолжил говорить в трубку, понял, что эти слова адресованы не ему. И осторожно присел на край стула.

·        Я тебя, кажется, предупреждал, чтобы вы отработали так, чтобы все эти щелкоперы поприкусили языки! А ты на нас накликал еще и протесты со стороны мусульманского руководства страны! Мы вот тут замучились всякие ихние бредни читать! – Генерал грохнул кулаком по столу, на котором были веером разложены бумаги. – В общем, так! По данному вопросу есть принципиальное решение там – на верху! – Генерал непроизвольно мотнул головой в сторону окна. – По всем инстанциям указания даны! Этот Ишангареев должен сидеть! Так сказать, для нашего общего блага! И братца мы его прихватим за задницу! Как миленького! А ты отправишься на пенсию! Всё!

Генерал резко дернул рукой в сторону и бросил телефонную трубку. Затем повернулся к Губанину.

·        Доложите, что у вас там имеется по брату Ишангареева? Он, кажется, тоже какой-то муфтий?

·        Так точно, товарищ генерал! Но он не просто муфтий. Он еще руководит мусульманским правозащитным центром. Это именно он поднял хай на всю Россию! Его пытались прихватить ребята из Оренбургской области. Но он, кажется, смылся… Со всей семьей…

·        То есть, как это смылся?! – Даже задохнулся от возмущения генерал. – Кто допустил?! Почему не объявили в розыск?!

·        Но, у нас не было оснований… За ним ничего не числится…

Полковник сделал попытку добавить еще что-то. Но увидел, что брови генерала начали сходиться в одну точку в центре лба.

Он медленно поднялся со стула и начал перемещаться в сторону дверей.

Но было уже поздно.

·        Уроды! Вам нельзя доверить ни одного дела! – Генерал вскочил с места и начал бешено носиться по кабинету, разбрасывая по пути мебель. – Ну, почему все министерство напичкано одними недоумками?! Вы ничего толком делать не умеете! Это же так элементарно – взять за жопу какого-то нацмена! Есть тысяча и один способ! И что ты мне теперь прикажешь докладывать туда?! – Он опять кивнул головой в сторону окна. – Сказать, что все наши сотрудники – импотенты? И что ни хрена ничего делать не умеют?

Осинин остановился напротив полковника и, тыча ему в грудь пальцем, тихо, но грозно, произнес:

·        За то, что брат этого ваххабита ушел от правосудия, будешь отвечать лично ты – Губанин! Понял?!

·        Так точно. – Съёжился тот и попятился к выходу.

Когда дверь за ним закрылась, генерал еще некоторое время походил по кабинету и осторожно приблизился к столу. Снял трубку правительственной связи, тяжело перевел дух и набрал короткий четырехзначный номер. 

После небольшой паузы сделал глубокий выдох и как можно более спокойно проговорил:

·        Иван Петрович! Это Осинин… Позвольте доложить?... Мы со своей стороны сделали по астраханскому делу все возможное. Теперь нужна ваша помощь, потому что надо дать команду по линии Верховного суда. Достаточно будет одного вашего звонка председателю. Но… - Генерал на секунду замялся. – Я боюсь, что широкой огласки нам, все-таки, не избежать. На ноги поднялись все правозащитники. И братец фигуранта развернул бурную деятельность. – Осинин прижал трубку плотнее к уху, слушая ответ собеседника. После того, как тот закончил, продолжил, уже слегка заикаясь. – К-к сож-жалению, нам не удалось против н-него ничего предпринять… И он с-скрылся… Н-не знаю, к-куда… Х-хорошо! Я б-буду докладывать!...

Генерал аккуратно положил трубку на рычаг и в задумчивости осмотрел лежащие на столе бумаги. Начал их медленно собирать в одну стопку.

Затем резко смахнул их рукой под стол, и полез в шкаф за коньяком.

25.

Виктор Петрович встал пораньше, чтобы успеть поработать еще до наступления жары. Но на термометре во дворе виллы уже было плюс двадцать семь.

На кухне хлопотала хозяйка, и по всему дому разносился аромат крепкого арабского кофе.

Выпив чашечку бодрящего напитка, Виктор Петрович отправился через дорогу на берег моря.

Песок, по которому было приятно идти босиком, еще отдавал ночной прохладой. Но вода оказалась теплой, как утреннее парное молоко. Поэтому, погрузившись в неё, профессор закрыл глаза и ощутил невероятное блаженство, будто в далеком детстве, когда мама купала его в старой чугунной ванне.

Уже выходя из воды, Виктор Петрович заметил двух арабов в традиционной длинной белой одежде, движущихся от дороги в сторону моря. Один из них – тот, что помоложе, - быстро разделся и аккуратно уложил свою белую накидку. Под традиционным одеянием на нем оказались огромные, до колен, широкие черные трусы и пестрая майка с кричащим, во всю спину, названием фирмы – «Kenvelo». Эту майку молодой человек небрежно бросил на песок и вприпрыжку ринулся в море.

И Воронцов вдруг подумал, что, не смотря на национальные и религиозные условности, человеческая сущность всегда остается прежней. Её не могут изменить ни часовые пояса, ни культурные различия.

В связи с этим, сразу вспомнился вчерашний разговор с шейхом Абдаллой и его сетования на непонимание проблем исламского мира со стороны европейцев.

Действительно, Европа за последнее столетие изменилась очень резко. Две мировые войны и масса революционных потрясений не прошли для неё даром. А исламский мир как будто замер в своем средневековом состоянии. Те же неизменные традиции, те же каноны, то же неприятие внешнего воздействия. И только война на Ближнем Востоке в конце 60-х годов каким-то образом повлияла на отношение мусульман к внешнему миру. Она их радикализировала и привела в состояние «воинствующего духа».

Но, даже, если посмотреть на эти события более глубоко, то главную роль в радикализации мусульман сыграли не они сами, а некие внешние силы, приведшие в движение внутренние пружины самосохранения исламского мира. Словно, кому-то очень хотелось разбудить спящего медведя. Или верблюда. Что, наверное, будет более верным по отношению к Востоку.

И здесь явно просматривались уши западных (в первую очередь, американских) спецслужб.

В условиях существования двухполярного мира в борьбе этих двух полюсов, один из которых представляли США, а второй – СССР, ставка была сделана на исламский фактор. Уже тогда американскими спецслужбами началась проработка вариантов создания специальных организаций и формирований, которые смогли бы стать главным звеном в развале великой державы.

Но, было бы неправильно полагать, что «исламская карта» разыгрывалась исключительно по отношению к Советскому Союзу и его сателлитам. Эту карту очень активно использовали для обеспечения собственных интересов на Ближнем Востоке.

Началась эпоха борьбы за энергоносители. И, в первую очередь, - за нефть.

Именно тогда были созданы ряд террористических организаций, главной задачей которых являлось установление режима всеобщего хаоса и ужаса не только в ближневосточном регионе, но и во всем мире.

Однако ничего общего с традиционным исламом вновь созданные организации, кроме своих названий и официальных деклараций, не имели. Да и не могли иметь. Потому что традиционный ислам всегда был далек от терроризма как средства решения всех проблем.

Просто часть населения Ближнего Востока безумной гегемонистской политикой США была доведена до такой степени крайности, при которой не видела других способов борьбы, кроме вооруженного.

Сыграло свою роль и чувство национального унижения, и страшная нищета при огромных природных богатствах.

Всё это привело к тому, что исламский мир, вопреки своим многовековым традициям, очень быстро и уверенно радикализировался.       

Довольно схожим путем развивалась ситуация и в России.

Сразу после крушения великой державы – СССР – в начале 90-х годов с лёгкой руки первого президента России и при активной «помощи» западных советников, в огромном множестве заполонивших кабинеты высшего российского руководства, была приоткрыта «форточка» не только политических, но и духовных свобод.

В советские времена, ознаменовавшиеся полным господством идей коммунизма и воинствующего атеизма, мусульмане испытывали притеснения в значительно большей степени, чем православные. В годы Великой Отечественной войны депортации были подвергнуты целые народы, в основном исповедующие ислам. И это фактически заложило основы будущих очень непростых отношений данных репрессированных народов с российской властью.

Так что, когда в начале 90-х развернулся «парад суверенитетов», в очередь за получением своей доли свободы первыми встали территории с мусульманским населением: Татарстан, Башкирия, Северный Кавказ и почти половина Поволжья.

Более того. Опять таки, с подачи всё тех же западных «советников», борцы за суверенитет получили в руки не только рычаги административной власти, но и оружие.

Именно здесь лежит причина вооруженного конфликта в Чечне, Ингушетии и других регионах Северного Кавказа.

Но, «парад суверенитетов» имел еще одно важнейшее последствие.

Как только была открыта «духовная форточка», сотни негласных мусульманских лидеров объявили себя «духовными лидерами». Однако многие из них имели «славное» советское прошлое в виде партийной и советской руководящей работы и были весьма далеки от истинных исламских традиций. Свои отношения с соотечественниками-мусульманами они продолжали строить все на тех же партийно-номенклатурных принципах. И значительно в этом преуспели. Кое-кто из российских мусульманских «лидеров» 90-х годов даже толком не знал Корана. Но это не мешало им получать свою долю от жирного пирога российской государственной собственности. Тем более что ряд из них были довольно приближены к администрации первого президента России Бориса Ельцина.

Но, к концу 90- годов ситуация резко изменилась.

Появилась новая поросль российских исламских деятелей.

Эта молодежь получила прекрасное традиционное исламское образование в лучших университетах Саудовской Аравии, Турции, Египта и Объединенных Арабских Эмиратов.

Эта молодежь не просто наизусть знала суры Корана, но могла философски осмысливать происходящие у них на Родине события.

Между молодыми исламскими проповедниками и старой партийной номенклатурой, рядящейся в мусульманские халаты и тюрбаны, возникли непримиримые противоречия. И борьба развернулась не на жизнь, а на смерть. Но на стороне старой партноменклатуры выступила официальная власть со всей её мощью карательной системы: правоохранительной и судебной.

К тому же, сказался тот фактор, что у мусульман, в отличие от христиан, никогда не было «вертикали духовной власти». Каждая религиозная община – умма – имела своего духовного лидера – муфтия. Эти лидеры друг другу не подчинялись и были совершенно автономны в своих действиях. Для координации их действий были созданы, так называемые, Духовные Управления Мусульман – ДУМы. Но их появление, как ни странно, не объединило, а еще больше разобщило российских мусульман. Потому что создало полную неразбериху во взаимоотношениях.

И этим фактором очень удачно воспользовалось политическое руководство страны.

Когда нужно было решить тот или иной вопрос, связанный с жизнью мусульманского населения, высшие руководители страны весьма умело играли на противоречиях между представителями мусульман различных регионов России. В президиумах различных больших собраний и съездов поочередно заседали представители то одного, то другого ДУМа. Между ними началось соперничество не только за духовное господство, но и за экономический передел сфер влияния.

Именно в этот момент при активной «помощи» американских «советников» и был вброшен миф об «исламском фундаментализме» в России.   

Началась «охота на ведьм».

Ни один политический руководитель страны толком не знал о тонкостях развития исламского мира. Не имел ни малейшего понятия о проблемах развития религиозного самосознания мусульман. И даже не понимал суть используемых терминов.

Особенно это коснулось правоохранительной и судебной систем. Они стали главными орудиями в руках власти при решении межнациональных и межрелигиозных проблем.

Выращенная американскими спецслужбами и подброшенная на российскую почву бацилла «исламского терроризма» заиграла всеми цветами радуги. Под это понятие стали подводить все, что в той или иной степени не устраивало власть. От местной – на уровне главы поселкового или сельского совета, до высшей – государственной.

С началом нового века и приходом к власти в России нового президента «форточка демократических свобод и религиозной духовности» оказалась прихлопнутой. И это немедленно привело к назреванию внутреннего нарыва, грозящего перерасти в раковую опухоль.

Сохраняя внешнюю демократическую фразеологию, власть на самом деле решила поставить под контроль себе не только административную, но и духовную жизнь своих граждан. У православных это немедленно вылилось в создание целого ряда религиозно-патриотических движений и организаций. У мусульман это проявилось в резком уходе с публичной политической арены и переходе на полу легальные методы борьбы за свои права.

И те, и другие сразу были объявлены экстремистами. И Россия оказалась ввергнутой в новый виток внутренней борьбы – борьбы за духовные и нравственные свободы.

Кто в этой борьбе выйдет победителем, сказать весьма затруднительно. Потому что методы борьбы весьма жестоки. Возможно, что проиграют все.

Но это будет огромной трагедией для государства, занимающего одну шестую часть земной суши…

Обо всём этом думал профессор Воронцов, сидя на постепенно разогревающемся под южным солнцем песке и наблюдая, как купается в море простой арабский юноша, свободно скинувший с себя и традиционную мусульманскую одежду, и модерновую майку с громким названием «Kenvelo»…

26.

…Когда прозвучали слова «Именем Российской Федерации…», Мансур почувствовал, что к горлу подступает огромный комок горечи и начинает сильно подташнивать.

И дело даже не в том, что последние три дня он фактически отказывался от любой пищи.

Такое состояние было с ним однажды в далеком детстве. Когда на главный татарский праздник – Курбан-байрам – отец и дядя приносили в жертву барана.

Баран был большим и жирным. Но, когда его волокли на заклание, он очень жалобно блеял, и в глазах его, как тогда показалось Мансуру, стояла невыразимая тоска. А после того, как остро отточенный отцом нож перерезал ему горло и кровь мощной струей хлынул на песок, баран забился в предсмертных конвульсиях и затих. Но тоска в его глазах осталась прежней.  

Мансур не смог выдержать этого зрелища. Он убежал за старый покосившийся сарай и долго, скрючившись в три погибели, трясся. Его бил холодный озноб и сильно тошнило. А, когда вечером отец поставил на стол огромный таз с дымящимися кусками мяса, Мансур невольно зажмурился, вспомнил предсмертные судороги несчастного животного и попытался потихоньку выйти вон.

Но отец сделал ему строгий жест и начал читать намаз. Потом долго объяснял Мансуру и другим детям, когда и почему возник этот праздник жертвоприношения.

Легенда была интересной. Но Мансур все-таки так и не смог отделаться от странного чувства, возникшего в нем при виде этого несчастного жертвенного животного.

Сегодня, когда прозвучали первые слова судьи, Мансур невольно бросил взгляд в зал заседаний и увидел в самом его конце блестящие глазки муфтия Ильясова. Тот спрятался за спинами стоящих впереди. Но время от времени, по мере зачтения приговора, то и дело выглядывал наружу и лукаво озирался по сторонам.

И Мансур вдруг подумал, что он сам сейчас очень похож на жертвенного барана, которого ведут на заклание.

Возникал только один вполне закономерный вопрос: во имя кого и чего?

Если бы он был уверен, что жертва хотя бы на чуть-чуть убавит боли страдания окружающим людям!

Но в первом ряду стояла, низко опустив голову, совершенно убитая горем жена  Альмира и двое старших сыновей. А чуть поодаль от неё – несколько приехавших на процесс из Москвы и Астрахани правозащитников.

Народ в зале весь период зачтения приговора хранил угрюмое молчание. И только где-то сзади все так же лукаво сверкали глазки торжествующего Назим-хазрата.

После слов судьи, понятен ли ему приговор, Мансур только угрюмо посмотрел в её сторону и выдавил из себя:

·        Нет…

·        Что же вам не понятно? – Переспросила судья.

·        Всё… - Опять с трудом выдавил из себя Мансур. – Мне не понятно, за что меня судят… Я никому ничего плохого в этой жизни не сделал…

·        Все ваши деяния доказаны в ходе судебного следствия! – Строго отрезала судья. – Если вы не согласны, можете обжаловать приговор в установленные законом сроки! – И кинула взгляд в сторону прокурора. – Но, думаю, что всё это бесполезно! Ваша вина доказана бесспорно!

Судья захлопнула папку с приговором и оглядела зал, словно ища кого-то. Но тут же спохватилась, сунула папку под мышку и двинулась к боковой двери, ведущей в совещательную комнату.

А к Мансуру быстро, пока охрана не открыла решетку для того, чтобы увести осужденного из зала суда, подошел адвокат Ряховский и громко произнес:

·        Мы будем обжаловать это незаконное решение! Дойдем до Верховного суда и, если нужно, до Страсбурга! – Затем тихонько, только для Мансура. – Вы, главное, держитесь. А о жене и детях позаботятся наши правозащитники и ваши родственники. – И уже совсем тихо. – Вам привет от брата Самигуллы. Он вынужден был выехать с семьей за рубеж. Но окажет вам всяческую помощь.

               

Из публикаций СМИ:

«ЗАКАЗАВШИЕ МАНСУРА ИШАНГАРЕЕВА ЗАКАЗАЛИ ВСЮ РОССИЮ!»

Позавчера в Икрянинском районном суде прозвучало последнее слово подсудимого Мансура Ишангареева, 57-летнего жителя села Бехтемировка. Он не признал себя виновным ни в одном из инкриминируемых ему преступлений. Напомним читателям, что Мансур обвиняется  в мошенничестве, хранении боеприпасов и наркотиков. Однако защитники уверены, что уголовное дело в отношении Ишангареева сфабриковано, а доказательства сфальсифицированы.

- До последней минуты, — заявил в прениях адвокат Владимир Ряховский, — у меня теплилась надежда, что государственный обвинитель и прокуратура Икрянинского района в его лице откажутся от обвинения, поскольку после долгих дней судебного разбирательства уже всем было очевидно отсутствие оснований для уголовного преследования моего подзащитного. Я надеялся, что государственному обвинителю хватит мужества. Ведь отказ от уголовного преследования невиновных и реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию, в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и справедливое наказание виновных. Этот принцип обозначен в части второй статьи шестой Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Но, к сожалению, государственный обвинитель остался на прежней позиции. Это при том, что все мы сегодня являемся свидетелями уникального по своей юридической природе явления, когда в одном уголовном деле были собраны все возможные нарушения процессуальных норм и огульное применение норм материального права. Стороне защиты ничего не оставалось, как пытаться убедить суд, что белое — это всё-таки белое, а не чёрное. Я считаю, что суд достаточно подробно исследовал все обстоятельства дела, и единственный вывод, который мог быть сделан судом, — это вывод о полной невиновности Мансура Ишангареева. Полагаю, что в отношении Мансура Ишангареева судом должен был быть вынесен оправдательный приговор.

Из показаний потерпевших следует, что ущерб якобы причинённый им, а именно его сумма была названа сначала оперуполномоченным ОБЭП Икрянинского РОВД, затем следователем того же РОВД, но те так и не смогли объяснить суду, откуда взялась эта сумма. То есть откуда взялся квалифицирующий признак этого преступления, так и осталось невыясненным в суде.

- Для того чтобы обозначить абсурдность предъявленного Ишангарееву обвинения по статье 159 части 2 УК РФ, в принципе, даже нет необходимости обращаться к оценке доказательств, достаточно оценить его характер с точки зрения обоснованности применения тех правовых категорий, которые в нём упоминаются, и осмысленно прочитать его, — отметил в прениях адвокат Юрий Фролов. — Обвинение в отношении Мансура Ишангареева касается правовых отношений, связанных с правами граждан на участие в создании ООО, взаимоотношений между созданным ООО и его участниками и последних между собой.

В соответствии с примечанием к статье 158 УК РФ под хищением понимаются совершенные с корыстной целью противоправное безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившее ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

Мошенничество является одним из способов хищения, посягающего на отношения собственности, и заключающееся в том, что виновный посягает на права пользования, владения и распоряжения чужим имуществом путём обмана или злоупотребления доверием.

Ишангареев обвиняется в хищении или приобретении права на чужое имущество путём обмана и злоупотребления доверием.

Таким образом, один из конструктивных признаков состава мошенничества — факт завладения имуществом потерпевших — как следует из обвинения, заключается в том, что он путём обмана незаконно скупил у «потерпевших» по 2,8 % долей акций в уставном капитале, тем самым незаконно получил право на имущество в уставном капитале ООО «Волжанка»  в размере 22,4 % доли уставного капитала.

Указанных действий со стороны Ишангареева не было совершено и, более того, они не могли быть реально совершены как предлагаемые.

В соответствии с частью 2 статьи 66 Гражданского кодекса РФ имущество, созданное за счёт вкладов участников общества принадлежит ему на праве собственности. Следовательно, имущество, переданное в качестве имущественного взноса в уставный капитал ООО «Волжанка», меняет собственника в соответствии с нормами Гражданского кодекса РФ, предусматривающими порядок и условия перехода права собственности.   .

Сделка по возмездной уступке доли участника ООО в порядке статьи 21 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» не влечёт перехода права собственности на какое-либо имущество, принадлежащее обществу, поскольку, в соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 48 ГК РФ, между ООО и его участниками формируются не имущественные, а обязательственные правоотношения.

Ишангарееву  незаконно вменяется приобретение путём обмана права на чужое имущество в ООО «Волжанка». Действия по приёму-передаче ему какого-либо имущества от ООО «Волжанка» никогда не совершались.

Участники общества не наделены обособленными правами на его имущество, не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков в пределах стоимости внесённых ими вкладов. Таким образом, правовой механизм, установленный действующим законодательством, делает невозможным совершение действий, связанных с возмездной передачей участниками ООО имущества данного общества Ишангарееву.

В силу приведённых доводов я полагаю, что, не касаясь оценки доказательств по делу, можно сделать вывод, что обвинение по статье 159 части 2 УК РФ в отношении Мансура  Ишангареева является необоснованным и надуманным, поэтому по данной статье он должен быть полностью оправдан.

В качестве эпиграфа к той части своего выступления, которая касается обвинения Ишангареева по статьям 222 части 1 и 228 части 1 УК РФ, я бы взял слова, произнесённые при обыске одним из сотрудников УБОП:

«Подойди и вытащи из кармана. Не бойся».

Мне кажется, что в принципе этим можно было бы не только начать, но и закончить. Однако моё положение всё-таки обязывает сделать детальную и правовую оценку выдвинутого в этой части обвинения.

Один из наших адвокатов обратил внимание суда на грубейшие нарушения закона в ходе обыска у Ишангареева. Это не только предполагаемый подброс ему сотрудниками УБОП запрещённых предметов, но и не разъяснение Ишангарееву его прав подозреваемого, и отсутствие защитника при производстве обыска, и то обстоятельство, что в протоколе обыска не отражены полные данные тех лиц, которые участвовали при его проведении, а видеозапись этого следственного действия из девяти часов зафиксировала только девять выборочных минут (снимали то, что хотели и когда хотели).

- В ходе судебного заседания были допрошены свидетели и эксперты, — подчеркнул адвокат, — из показаний которых о затратах времени на те или иные действия было установлено, что в 17 часов 22 марта 2005 года у дознавателя не могло быть никаких справок и заключений специалистов в отношении изъятых при обыске предметов. Таким образом, на момент возбуждения уголовного дела дознаватель РОВД  не принимал надлежащим образом к рассмотрению материал и не имел повода и оснований, предусмотренных статьями 140 и 143 УПК РФ, для принятия такого решения.

- Считаю, что суд должен был вынести не только оправдательный приговор Ишангарееву, но и частное определение о грубых нарушениях закона, допущенных как при обыске, так и при возбуждении данного уголовного дела, — сказал адвокат Владимир Ряховский.

   «Прения в суде проходили накануне Дня прав человека, который отмечается во всём мире, — отметил для прессы Самигулла-хазрат Ишангареев, директор Исламского правозащитного центра. — В этот день в 1948 году Генеральная Ассамблея ООН приняла Всеобщую декларацию прав человека, провозгласившую универсальные правозащитные стандарты. Этот документ по сей день является важнейшим ориентиром для всех государств мира. Во многом под влиянием Всеобщей декларации формировались основы межгосударственного сотрудничества в правозащитной сфере. Сколько людей было оторвано от благих, достойных дел, будучи вовлечёнными в это сфабрикованное дело! Это и судья, и прокурор, и эксперты, и свидетели, и уважаемые адвокаты. Это и сам подсудимый, который накануне ареста планировал совместно с Всероссийским Фондом Образования создание детского дома на базе здания Дома быта. Получается, что заказавшие Мансура Ишангареева заказали фактически всю Россию, не только отвлекая десятки людей от важных дел, но и заставляя многие тысячи россиян сомневаться в справедливости и законности в нашем государстве. К любому из нас могут прийти некие «оперативники», нарицательные одиозные фигуры, которые, выполняя заказ, не остановятся ни перед чем, и невиновный человек окажется на скамье подсудимых, как сейчас мой брат. Никто из россиян не застрахован от этого».

Нельзя не согласиться с мнением Самигуллы-хазрата Ишангареева.

Наверное, именно поэтому, сознавая всю важность проблемы, в защиту Мансура Ишангареева выступили председатель Московской Хельсинской группы Людмила Михайловна Алексеева, исполнительный директор Общероссийского общественного движения «За права человека» Лев Александрович Пономарёв, председатель Фонда Андрея Сахарова Сергей Адамович Ковалёв, президент Всероссийского Фонда Образования Сергей Константинович Комков, Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации с 1998 по 2004 год Олег Орестович Миронов, Светлана Алексеевна Ганнушкина от Комитета «Гражданское содействие».

В защиту Ишангареева выступили депутаты Госдумы Российской Федерации Сергей Глазьев, Шамиль Султанов и Олег Смолин, а также известные во всём мире политические и общественные деятели: Эдуард Лимонов, Зиновий Коган, Фёдор Бурлацкий.

Письма в поддержку Ишангареева направили в Икрянинский районный суд духовные лидеры мусульман России.

«Мансур Ишангареев известен как добрый мусульманин, который никогда не был замечен в связях с ваххабистскими н иными экстремистскими организациями, исповедует традиционный ислам, являющийся неотъемлемой частью исторического наследия народов России. Мы убеждены, что от этого человека не могли исходить преступные намерения», — сообщил председатель Совета муфтиев России, член Общественной Палаты при Президенте России, муфтий шейх Равиль Гайнутдин.

А это строки из письма председателя Духовного управления мусульман Азиатской части России шейха Нафигуллы Аширова:

«Видные мусульманские религиозные деятели и руководители крупнейших Духовных управлений мусульман РФ знают Мансура-хаджи Ишангареева как искреннего законопослушного мусульманина, уважительно относящегося к законам нашего государства. Занимаясь наряду с общественным служением успешной коммерческой деятельностью, он много сил и средств тратил на благотворительные проекты, оказывал большую бескорыстную поддержку малоимущим семьям, помогал сиротам и больным. За широкую благотворительную деятельность неоднократно отмечался благодарностями».

Ещё одно обращение от Ассоциации мечетей России:

«Уведомляем вас в том, что книга муфтия Самигуллы-хазрата Ишангареева «Ислам против терроризма» подготовлена в печать при непосредственном участии М. К. Ишангареева.

Он являлся главным экспертом при составлении этой книги, однако Мансур Ишангареев скромно отказался обозначить своё имя на её обложке».

Вот цитата из обращения председателя Центрального духовного управления мусульман Ульяновской области Фатыха Алиулллова:

«Хорошо зная Мансура Ишангареева, мы убеждены, что он не мог совершить того, в чём его обвиняют. Искренне просим Вас разобраться в этой трагической для него, для его семьи и для всех мусульман ситуации».

«Считаем трагическим недоразумением обвинение Мансура Ишангареева в деяниях, которые он не мог совершить. Мы знаем его как доброго мусульманина, последователя ханафистского направления, традиционного для мусульман Поволжья», — утверждает имам Духовного управления мусульман Поволжья, муфтий Саратовской области Мукаддас Бибарсов.

Прислушался ли суд к мнению авторитетных россиян? Посодействовал ли торжеству справедливости, дав критическую оценку сфальсифицированным доказательствам?

Или оказался завершающим звеном в подобной ядовитой змее цепочке заказного дела?

Сегодня прозвучал приговор, который фактически стал ответом на эти вопросы.

Вероника  Карпычева

Осужденный за хранение боеприпасов Мансур Ишангареев получил новый срок

Как стало известно „Ъ“, Наримановский райсуд Астраханской области вынес второй приговор местному предпринимателю Мансуру Ишангарееву, отбывающему наказание за незаконное хранение боеприпасов и наркотиков. Новый приговор предусматривает для него два дополнительных года в колонии-поселении за «возбуждение ненависти и вражды», которое, по мнению областного муфтията, выразилось в проповедях ваххабизма. Адвокаты Мансура Ишангареева собираются обращаться в Верховный суд РФ, утверждая, что в Астраханской области правды добиться невозможно.
Приговор Мансуру Ишангарееву был зачитан в минувшую среду во второй половине дня в Наримановском районном суде Астраханской области. Ему было предъявлено обвинение по ст. 282 ч. 2 п. «а» УК РФ («Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства»). Как следовало из материалов дела, 57-летний предприниматель Мансур Ишангареев был задержан 22 марта в Икрянинском районе Астраханской области сотрудниками УБОП УВД и центра по борьбе с терроризмом МВД РФ в рамках уголовного дела, возбужденного по ст. 159 УК РФ («Мошенничество»). Господин Ишангареев подозревался в том, что с нарушением закона приобрел паи поселкового Дома быта. Как заявили в астраханском ГУВД, в ходе обыска в доме Мансура Ишангареева оперативники обнаружили гранату Ф-1, марихуану, листовки с призывами к джихаду и видеокассеты, в том числе с записями нападений чеченских боевиков на колонны федеральных войск.

26 декабря 2005 года Икрянинский райсуд назначил ему три года колонии-поселения, признав его виновным в незаконном хранении боеприпасов, правда, при этом сняв обвинение в мошенничестве. Однако уже через два дня, 28 декабря, прокуратура передала в суд новое уголовное дело — по ст. 282 УК РФ.
В суде, в частности, были оглашены показания главного областного муфтия Назымбека-хазрата Ильясова, по словам которого, в мечети села Старая Кучергановка Мансур Ишангареев занимался разжиганием национальной розни и организовывал ваххабитскую ячейку. А представители прокуратуры постарались доказать, что Мансур Ишангареев не просто держал дома видеозаписи акций чеченских боевиков и листовки, а распространял их среди жителей района. Обвинение даже представило результаты религиоведческо-лингвистической судебной экспертизы листовки «Спасенная группа», найденной в доме Ишангареевых при обыске. «Текст листовки содержит явный призыв к участию в боевых действиях против „неверных“ и к неповиновению светским законам», — было сказано в заключении экспертизы. Свидетели обвинения рассказали суду о том, что подсудимый «возбуждал между прихожанами мечети межнациональную нетерпимость» и что с его появлением в селе «даже увеличилось количество случаев развала семей». Правда, в беседе с „Ъ“ прокурор района Вахит Даудов уточнил, что ни в коем случае не считает Мансура Ишангареева «разжигавшим ваххабизм, а только ненависть и вражду».
Защита в суде представила другую листовку, в которой бехтемирцев призывали собраться и выгнать из села семью Ишангареевых, а также письмо сельчан в его защиту.
Однако в итоге суд полностью поддержал сторону обвинения, и подсудимому было назначено два года колонии-поселения. С учетом предыдущего срока, как пояснил судья, Мансуру Ишангарееву предстоит отбыть в колонии-поселении четыре года. Стоит отметить, что дело «икрянинского ваххабита» вызвало большой резонанс в регионе сразу после его ареста больше года назад. За него заступился брат — Самигулла Ишангареев, возглавляющий духовное управление мусульман «Ассоциация мечетей России» и Исламский правозащитный центр, назвавший дело Мансура Ишангареева сфабрикованным правоохранительными органами, которые «раскручивают образ икрянинского ваххабита». 

Самигулла Ишангареев даже обращался с письмами к президенту России Владимиру Путину, генпрокурору РФ Владимиру Устинову и губернатору Астраханской области Александру Жилкину, но добиться освобождения брата и прекращения уголовного дела не смог.
Вчера „Ъ“ не удалось связаться с Самигуллой Ишангареевым, который сообщил, что защитники его брата собираются обжаловать решение Наримановского райсуда. Но как пояснила правозащитница Вероника Карпычева, это будет сделано в Верховном суде РФ. «Учитывая, что нам не удалось обжаловать решения Икрянинского райсуда (осудившего Мансура Ишангареева за незаконное хранение боеприпасов. — „Ъ“), а также то, что сегодня обвинение по 282-й статье развалилось на глазах судьи, а она все равно приняла сторону обвинения, мы рассчитывам только на Верховный суд, а здесь мы увидели круговую поруку», — заявила госпожа Карпычева.

КоммерсантЪ – ВОЛГОГРАД

№ 116 от 29.06.2006 г.

27.

Сразу по возвращении из Дубая в Москву Воронцов позвонил своему давнему товарищу – Вадиму Сергеевичу Дироеву. Встретиться договорились, как обычно в одном из кафе в Камергерском переулке.

С Вадимом Сергеевичем их связывали не только приятельские отношения.

Дироев был одним из руководителей службы внешней разведки ФСБ. И занимался проблемами Северного Кавказа. Но всегда отличался своим довольно широким кругозором. Интересовался буквально всем, чем занимался профессор Воронцов. Виктор Петрович же фактически выполнял для него роль независимого эксперта.

Но, кроме этого, они просто очень с большим уважением относились друг к другу.

На службу к Дироеву профессор приходил крайне редко. Только в исключительных случаях.

Обычно они встречались в одном из кафе. Либо в Камергерском переулке, либо на Мясницкой.

На Мясницкой в кафе под названием «Му-Му» всегда можно было очень неплохо и сытно покушать. Но, смущало то, что оно находилось в непосредственной близости от Лубянки. Поэтому, во избежание ненужных разговоров и лишних глаз, со временем они выбрали более подходящее место – Камергерский переулок.

Здесь, в одном из тихих кафе, они занимали столик подальше от посторонних глаз и подолгу вели беседы на всевозможные философские и политические темы.

Иногда Вадим Сергеевич включал свой маленький портативный диктофон и записывал то, что рассказывал Воронцов. Сказанное профессором потом обрабатывалось им и ложилось на стол уже в виде аналитической справки или записки руководству.

Этой дружбой оба очень дорожили. Поэтому со временем между ними возникло безусловное доверие друг к другу. И во время встреч не в целях конспирации, а по невзначай сложившейся традиции они называли друг друга на «ты» и только по отчеству.

Сегодня Вадим Сергеевич был мрачнее обычного. И Виктор Петрович это сразу про себя отметил. Но задавать лишних вопросов не стал.

Они, как обычно заказали: Дироеву – кофе, Воронцову – крепкий черный чай с лимоном.

Помешивая в стакане ложкой, Виктор Петрович начал неспешно рассказывать о своей поездке в Эмираты и встречах с шейхом Абдаллой.    Но угрюмое состояние собеседника не давало ему покоя.

·        У тебя что-то случилось, Сергеич? – Не удержался все-таки от вопроса Воронцов.

·        А что – заметно?

·        Конечно.

·        Ты стал наблюдательным. – Как-то очень невесело усмехнулся Дироев.

·        Сказывается общение с ассами разведки. – Попытался пошутить Воронцов.

Но Дироев на шутку не отреагировал. Он только прихлебнул из чашечки крепкий кофе и задумчиво посмотрел по сторонам.

·        Ты знаешь, Петрович, я, ведь, больше не служу в разведке. И вообще больше нигде не служу. – Горько вздохнул он и полез в карман за сигаретами.

Воронцов подумал о том, что расспрашивать товарища сейчас о чем-либо бесполезно. Но Вадим Сергеевич вдруг резко отодвинул в сторону кофе и заговорил сам.

·        Я не могу понять, Петрович, что творится у нас в стране… Вернее, понять-то, конечно, могу. Но не представляю, чем это все кончится… - Он закурил сигарету и, резко выдыхая из себя табачный дым, начал постукивать зажигалкой по столу. – Дело даже не в том, что никто там – на верху – не желает прислушиваться к мнению экспертов и разведчиков. Всё, как мне кажется, намного сложнее. – Дироев взглянул прямо в глаза  Воронцову. – Помнишь, ты как-то рассказывал о бардаке в системе образования? Так вот. Этот бардак сейчас творится буквально во всем. В какую отрасль ни ткни пальцем – попадешь или в некомпетентность или в преднамеренное вредительство. Но самое интересное заключается в том, эти лукавые мальчики в правительстве и в администрации президента… а я их по-другому назвать просто не могу… так вот, эти самые лукавые мальчики пытаются расправиться со всеми, кто хоть что-то пытается делать по-настоящему нужное России. 

Воронцов видел, что Вадиму Сергеевичу трудно говорить. Потому что тот несколько раз подносил огонь зажигалки к уже раскуренной сигарете и, словно спохватившись, гасил его. Затем одним махом допил свой кофе и подозвал официанта, чтобы заказать еще.

·        Ты, уважаемый, принеси-ка мне сразу большую чашку – двойную порцию. А то меня что-то не берет.

Как только официант ушел выполнять заказ, Дироев, глядя в одну точку, продолжил.

·        Не хотелось бы нагнетать обстановку, но все, что сегодня происходит в стране, похоже на театр абсурда… Взять, хотя бы, проблему, так называемого исламского терроризма. А, ведь, никакого исламского терроризма на самом деле нет. Это все либо выдумки наших ангажированных политиков, заинтересованных в постоянном нагнетании политической обстановки в стране, либо оперативные разработки наших собственных спецслужб. Но однажды мы можем за это здорово поплатиться! Так же, как поплатились американцы в две тысячи втором году. А наши уроды в правительстве этим американцам просто в рот глядят. Готовы выполнить любую дурь, которую те задумали. Ты же сам мне однажды рассказывал о, так называемом, «Русском проекте». Так вот. Как мне кажется, этот проект уже близок к завершению. И ничего хорошего Россию не ждет! В один прекрасный момент мы запросто можем превратиться в колониально зависимую территорию.  Кстати, к вопросу об исламском терроризме. Ты помнишь последние события в Нальчике?

·        Конечно. – Воронцов придвинулся поближе к столу и слегка наклонился вперед. – Мне почему-то кажется, что там было все не совсем так, как нам представляют. Но это только мои предположения.

·        Совершенно верные предположения. – В тон ему проговорил Дироев. – Это я тебе говорю совершенно ответственно, потому что владею достоверной информацией. Все эти рассказы про джамааты – чистейшей воды вымысел! Не было там никаких джамаатов! Были обыкновенные мальчишки, не довольные этой скотской жизнью и действиями тупой, в конец обнаглевшей власти. А мы, вместо того, чтобы что-то для них сделать, их просто постреляли! Мальчишкам-то было всего по семнадцать-восемнадцать лет! Они были для своих стариков-родителей единственной надеждой в жизни. А теперь этим старикам даже их тела не выдают! Говорят, что не положено по-человечески хоронить террористов. Но, если подходить с такими мерками, то все мы скоро станем террористами! 

Вадим Сергеевич резко загасил недокуренную сигарету в пепельнице и вытащил из пачки следующую.

Увидев, что перед ним поставили большую чашку черного кофе, он одним махом влил в себя чуть ли не половину, раскурил сигарету и глубоко затянулся.

·        Только ты должен знать, Петрович – в стране еще есть люди, которые готовы сделать все, чтобы не допустить развития подобного сценария!...

·        И что это значит? – Невольно напрягся Воронцов. – Неужели, опять какой-нибудь переворот? Не слишком ли их много было за последние сто лет на нашу несчастную Родину?

·        Нет. – Успокоил его Дироев. – Конечно же, ни о каких переворотах речь не идет. Более того. Мы не допустим того, чтобы подобное могло у нас произойти. Но мы должны сделать все возможное для того, чтобы убрать от власти всех этих мальчиков. Иначе – жди беды! Они, даже сами того не подозревая, раскачивают лодку государства так, что она вот-вот перевернется! – Он сделал еще одну затяжку и задумался. – В общем, я им этого так не прощу!...

·        Кому? Чего ты не простишь? – Переспросил Виктор Петрович.

·        Тем, кто организовал мою отставку из органов!... Эти ребята еще поплачут у нас горькими слезами!... Я – разведчик! А разведчика просто так в архив списать нельзя! Ты же знаешь – в нашей системе «бывших» не бывает!

Вадим Сергеевич допил остатки кофе и уже более спокойно договорил.

·        Ты знаешь, Петрович, твои наблюдения и разработки по поводу, так называемого, «исламского фундаментализма» и мусульманского терроризма однажды очень могут пригодиться России. Только не той России, в которой господствуют мальчики, захватившие в свои руки все национальные достояния и покупающие за этот счет виллы, яхты, самолеты. Они пригодятся нашей – настоящей России. Только не знаю, когда всё это будет… - Вдруг грустно закончил он.

…Добравшись после встречи с Дироевым до дома, Виктор Петрович принял холодный душ и заперся в своем кабинете.

Отключил мобильный телефон, притушил верхний свет, оставив зажженной только небольшую настольную лампу, и в задумчивости разложил перед собой привезенные из поездки на Ближний Восток бумаги.

Но читать не стал.

Он просто смотрел на них, словно пытаясь мысленно уловить исходящую от них информацию.

Кому она здесь нужна? И нужна ли вообще?

Сегодняшний разговор с Вадимом Сергеевичем окончательно вывел профессора из состояния душевного спокойствия. Хотя, то, что он услышал, не было для него откровением. Но то, что эти слова исходили от человека, имевшего на протяжении долгого времени доступ к главным государственным секретам страны, заставляло задуматься о многом.     

В первую очередь, - о своем собственном месте в этом обществе в столь непростой ситуации.

А, может быть, такие люди, как он, давно уже не нужны России? И наступила пора новой волны иммиграции?

Сегодня в этой стране в чести оказались вполне успешные, мало, но уверенно размышляющие «клубные мальчики», строящие свои отношения друг с другом исключительно на прагматической основе. Нисколько не сомневающиеся в своей правоте. Готовые ради достижения собственных целей пойти на любые преступления.

При этом Виктор Петрович был уверен, что их никогда и ни при каких обстоятельствах не будут мучить угрызения совести.

Ему сразу почему-то вспомнился документ под названием «план Даллеса». По поводу него ходило много споров. Кое-кто из экспертов до сих пор считает, что никакого «плана» на самом деле не было. Но Воронцов в его существовании и подлинности не сомневался.

Виктор Петрович включил большой свет и направился к книжному шкафу. Снял с верхней полки несколько запылившихся папок. Внимательно их пересмотрел и достал из одной папки документ, на котором сверху большими буквами было написано «План Даллеса».

Развернул документ и присел к столу. Несколько раз внимательно перечитал и задумался.

«Окончится война, все как-то утрясется, устроится. И мы бросим все, что имеем, - все золото, всю материальную мощь на оболванивание и одурачивание людей! Человеческий мозг, сознание людей способны к изменению. Мы незаметно подменим их ценности на фальшивые и заставим их в эти фальшивые ценности верить. Как? Мы найдем своих единомышленников, своих союзников в самой России. Эпизод за эпизодом будет разыгрываться грандиозная по своему масштабу трагедия гибели самого непокорного на земле народа, окончательного, необратимого угасания его самосознания…  <…> Литература, театры, кино – все будет изображать и прославлять самые низменные человеческие чувства. Мы будем всячески поддерживать и поднимать так называемых художников, которые станут насаждать и вдалбливать в человеческое сознание культ секса, насилия, садизма, предательства – словом, всякой безнравственности. В управлении государством мы создадим хаос и неразбериху. Мы будем незаметно, но активно и постоянно способствовать самодурству чиновников, взяточников, беспринципности. Бюрократизм и волокита будут возводиться в добродетель. Честность и порядочность будут осмеиваться и никому не станут нужны, превратятся в пережиток прошлого. Хамство и наглость, ложь и обман, пьянство и наркомания, животный страх друг перед другом и беззастенчивость, предательство, национализм и вражду народов, прежде всего, вражду и ненависть к русскому народу – все это мы будем ловко и незаметно культивировать, все расцветет махровым цветом. И лишь немногие, очень немногие будут догадываться или даже понимать, что происходит. Но, таких людей мы поставим в беспомощное положение, превратим в посмешище, найдем способ их оболгать и объявить отбросами общества. Будем вырывать духовные корни, опошлять и уничтожать основы народной нравственности. Мы будем расшатывать таким образом поколение за поколением. Будем браться за людей с детских, юношеских лет, главную ставку всегда будем делать на молодежь, станем разлагать, развращать, растлевать ее. Мы сделаем из них циников, пошляков, космополитов…»

Неужели это время уже настало?

Неужели ничего уже нельзя изменить?

От этих мыслей невольно пробежал озноб по всему телу. Но он попытался с собой совладать.

Придвинул к себе чистый лист бумаги, взял со стола ручку и вывел первую фразу: «Возможные пути выхода России из политического и духовного кризиса…»

Несколько раз глянул на написанное и вдруг жирно всё зачеркнул, поняв, что пока еще к подобному не готов.

Вместо этого сверху посреди страницы написал заголовок «Ислам и террор» и надолго задумался…

Из записок профессора Воронцова:

   Некоторые мысли по поводу причин терроризма на Северном Кавказе

Террор является средством достижения определенных политических целей. Именно об этом следует помнить при изучении корней и истоков террористических проявлений на Северном Кавказе. Вплоть до начала 90-х годов любые разговоры о каких-либо террористических проявлениях в северокавказском регионе не имели под самой ни малейшего смысла. Весь Северный Кавказ являлся неотъемлемой частью большого и сильного государства. Это не снимало противоречий, которые существовали в регионе. Но, возможность силового решения этих противоречий была сведена до минимума.

Развал СССР и переход России к новой экономической политике, главным критерием которой стала приватизация государственной собственности и передел сфер экономического влияния, привели к обострению внутренних противоречий во всем северокавказском регионе.

Кроме того, с началом 90-х годов в решающую стадию вступил «план Даллеса» по развалу СССР и России.

4 сентября 2004 года в своем обращении к нации президент Путин заявил о начале войны против нашего государства. На самом деле война началась значительно раньше. Все предыдущее 50-летие специальные службы США, Великобритании и других стран НАТО вели отработку программ по силовому решению вопросов в Восточной Европе и на Ближнем Востоке. Параллельно с ними специальные центры в Англии («Тавистокский институт человеческих отношений») и в США (Гарвардский, Стенфордский и Йельский университеты) продолжали разработку программ по изменению общественного сознания стран этих регионов. Особое внимание придавалось разработке проектов в области межнациональных и межрелигиозных отношений. Именно на эти факторы была сделана особая ставка. Уже в 60-е годы двадцатого века при активном участии американских и английских спецслужб были созданы мощные террористические структуры на Ближнем и Среднем Востоке. Началась активная поддержка сепаратизма в странах этого региона. Достаточно вспомнить истоки ближневосточного конфликта 1967 года, приход к власти в Ираке Саддама Хусейна или в Пакистане – генерала Зия Уль-Хака. Во всех этих событиях четко прослеживается  идея внесения нестабильности в данный регион с целью установления тоталитарного господства над ним путем внедрения там управляемых политических марионеток, которые будут полностью подчинены западным военным и политическим центрам.

Однако американские и британские аналитики не учли важнейшего фактора – особой ментальности восточных народов. И, в первую очередь, исламских традиций, в соответствии с которыми для народов, исповедующих ислам, совершенно не приемлем дух унижения и подчинения их воле «неверных». Ислам стал главным препятствием на пути установления полного господства в данном регионе. Именно тогда и была разработана теория «исламского терроризма». То есть, была поставлена задача полной дискредитации ислама в глазах мировой общественности с тем, чтобы объявить исламскую традицию «вне закона» и устранить главное препятствие на пути установления полного господства в восточном регионе. С этой целью то в одном, то в другом конце региона появлялись провокаторы, объявляющие от имени мусульман «священную войну» мировому сообществу, наводящие ужас на европейского и американского обывателя. Только этому самому обывателю было невдомек, что «страшилки» готовят их доморощенные политики. Именно так было в свое время с Саддамом Хусейном, который использовался США для нагнетания напряженности в регионе. Так выглядит дело с Усамой Бен-Ладеном, который изначально активно раскручивался американскими спецслужбами (что очень хорошо показано в нашумевшем фильме Мура «Форенгейт 9/11»), но на определенном этапе вышел из-под контроля и начал «собственную игру».

В последнее время очень многие аналитики пытаются найти корни агрессии в самой исламской традиции. Проводятся исследования Корана, в котором пытаются выискать места, подтверждающие агрессивную сущность ислама. Ведутся многочисленные «теологические» дискуссии, в которые втягиваются представители различных религиозных конфессий. Однако, совершенно очевидно, что поиски идут не в том направлении. Любая религия, если это действительно религия, а не попытка психофизического воздействия на сознание населения с целью подчинения его своей преступной воле, проповедует добродетель и смирение. Так, главными постулатами православного христианства являются мир, добро и любовь к ближнему. Эти же корни лежат в основе иудаизма и ислама, поскольку все  три религии имеют одну авраамическую основу. Поэтому искать истоки экстремизма в религиозных вероучениях – дело совершенно бесполезное. Тем более что в любой религии есть возможность различного толкования тех или иных постулатов.

И, тем не менее, сегодня предпринимаются любые попытки «притянуть за уши» религиозную составляющую для осуществления имперских планов захвата мирового пространства со стороны ведущих западных финансовых и политических кланов. В первую очередь, здесь явно просматриваются интересы американских финансовых олигархов, которые, кстати, большей частью либо вообще люди ни во что не верующие, либо исповедующие культ темных (сатанинских) сил. Спекуляция на религиозной составляющей со стороны ведущих западных спецслужб достигла сегодня наивысшей точки. Именно благодаря ей была фактически успешно проведена «операция» по уничтожению Югославии. На противоречия между боснийскими мусульманами и христианами была сделана ставка в период нагнетания конфликта, приведшего к необратимым последствиям. «Исламская карта» была успешно разыграна в Косово. Это привело к обоснованию использования там войск НАТО и миротворцев для «предотвращения геноцида». На самом деле автором и исполнителем «геноцида» выступила некая «третья сила», оставшаяся в тени и полностью воспользовавшаяся плодами посеянного хаоса. Результатом стало фактическое уничтожение сильного независимого федеративного государства, каковым на протяжении почти 50 лет являлась Югославия.

Когда мы говорим о терроризме, необходимо задать главный вопрос: кто заинтересован в том или ином кровавом акте? Кто получит от него оптимальную выгоду? Террор – это всего лишь механизм, орудие в чьих-то руках. Терроризм не может быть исламским, христианским, иудейским, буддистским. Это всего лишь – автомат Калашникова, вложенный в чьи-то преступные руки для выполнения конкретной политической задачи. И любая религиозная принадлежность – это всего лишь фактор, четко работающий на реализацию поставленной цели.

11 сентября 2001 года стали истинной трагедией для американского народа. Они повергли в ужас не только Америку, но и весь мир.

           Но, многие эксперты сходятся на мысли, что наибольшую выгоду из этой трагедии извлекли не «исламские фундаменталисты», как это было объявлено официальной американской пропагандой, а те руководители мирового бизнес сообщества, которые были заинтересованы в полном и окончательном подчинении себе Афганистана. Потому что эта страна занимает важнейшие стратегические позиции на Востоке и является одним из наиболее мощных производителей опиумного мака. Следом за Афганистаном наступила очередь Ирака, ставшего жертвой американской агрессии по совершенно надуманному поводу защиты от якобы имеющегося у него оружия массового поражения.  На повестке дня стоит вопрос об установлении «должного порядка» в Иране, Сирии, Пакистане, Ливии и других странах арабского Востока.

Но, самым главным и самым лакомым куском для западных спецслужб всегда была и остается Россия с ее огромными пространствами и неисчерпаемыми природными ресурсами. Именно сюда сегодня направлено острие главного удара.  Только, осознав это, можно понять причину происходящего сегодня на российском Северном Кавказе.

Главной задачей Запада является расчленение и поэтапное уничтожение Российской Федерации как единого многонационального федеративного государства. Наиболее слабое звено в этой цепи – республики Северного Кавказа. Подобному положению есть ряд обоснований.

Во-первых, именно здесь наблюдается самый низкий уровень экономического развития и, как следствие этого, самый низкий уровень жизни и социального обеспечения населения. В отдельных республиках (например, в Чечне и Ингушетии) уровень безработицы  достигает 80%.

Во-вторых, в период сталинских репрессий именно здесь сложился узел глубоких противоречий, связанных с проведением политики переселения и депортации целых народов. Этот узел остался тяжелым наследием, которое давит на все политические процессы в регионе. Этот фактор не учитывается руководством страны, которое всячески уходит от решения столь важных вопросов. И даже воссоздание в рамках административной реформы министерства региональной политики пока не может преодолеть данных противоречий, так как укомплектовано данное ведомство людьми, абсолютно не способными должным образом разрешить возникшую проблему.

В-третьих, во многих случаях в северокавказских республиках руководство страны сделало ставку не на тех лидеров. Было полностью проигнорировано мнение наиболее авторитетных религиозных и национальных руководителей. Во главу угла ставились личная преданность Центру и управляемость. Это сегодня очень ярко проявляется на примерах Северной Осетии, Дагестана и Карачаево-Черкесии. Подобная ситуация чревата тяжелыми последствиями. И никакие заверения полномочного представителя президента в Южном Федеральном округе Дмитрия Казака о недопущении принятия решений о кадровом составе руководства той или иной республики под силовым давлением населения не помогут. Ситуация может принять неуправляемый характер. Как показал исторический опыт, именно на Северном Кавказе идет наиболее быстрый процесс криминализации власти. И именно здесь в результате особой ментальности кавказских народов может произойти взрыв возмущения против попустительства со стороны центральных властей в развитии подобного рода явлений, о чем красочно свидетельствуют события в Карачаево-Черкесии.     

И только на четвертую позицию можно поставить религиозный фактор, который тоже нельзя не учитывать. Но, он всего лишь дополняет первые три позиции и придает им особую окраску. Говорить о сегодняшнем нестерпимо бедственном положении мусульман в России было бы преувеличением. Оно вполне сопоставимо с положением православных христиан, иудеев или буддистов. А в ряде регионов (например, Татарстан и Башкортостан) положение мусульман намного лучше положения представителей всех остальных традиционных российских религиозных конфессий. Но, в целом следует признать, что нагнетание антиисламской истерии сделало свое черное дело. На бытовом уровне даже в тех регионах, где мусульмане традиционно проживали многие века бок о бок со своими православными братьями, возникло очень опасное напряжение, способное при определенных обстоятельствах вылиться в прямое противостояние. Это всячески подогревается различного рода провокаторами, деятельность которых по всей вероятности координируется некими центрами, сыгравшими роль «третьей силы» в Югославии и в других регионах мира. Есть такие провокаторы и среди наших номенклатурных политиков (например, господин Жириновский вместе со своей ЛДПР), и среди региональных руководителей, и среди государственных служащих. Фактически эти люди представляют собой «агентов влияния», постепенно и целенаправленно расшатывающих политический маятник. Амплитуда таких колебаний уже достаточно велика и через некоторое время может вывести из равновесия всю политическую конструкцию государства. Именно поэтому сегодня следует прекратить все разговоры о так называемом «исламском фундаментализме» и направить усилия на решение важнейших задач, которые позволят развязать весь узел кавказских противоречий.

В первую очередь необходимо пересмотреть всю национальную доктрину Российской Федерации, создав с этой целью специальный экспертный совет при министерстве региональной политики. В дальнейшем, принятие всех решений по основополагающим вопросам развития мусульманских (в первую очередь - северокавказских регионов) должно осуществляться только после их детального изучения специалистами-экспертами. Это – мировая практика, которой не следует пренебрегать. Кроме того, кадровые решения в национальных республиках должны приниматься только после консультаций с наиболее авторитетными религиозными и национальными лидерами. И ни в коем случае нельзя идти на меры по роспуску законодательных собраний национальных регионов в случае их несогласия с представленной президентом страны кандидатурой на высший региональный пост. Это чревато тяжелыми последствиями, так как напрямую ведет к возникновению сепаратистских тенденций. В любом случае нужны долгие, нудные, но жизненно важные переговоры, поиски разумного компромисса. Неумение и нежелание власти договариваться всегда приводит к большим политическим трагедиям. А договариваться с позиции силы с мусульманами не просто нельзя, но и опасно.

Во-вторых, нужна целенаправленная экономическая и социальная политика на Северном Кавказе с целью выведения этого региона из зоны нестабильности. Но, для этого необходимо устранение от рычагов управления важнейшими процессами людей, повинных в разворовывании и разбазаривании федеральных средств. Генеральной прокуратуре нужно не на словах, а на деле разобраться и довести до логического конца все уголовные дела, связанные с финансовыми и экономическими преступлениями на Северном Кавказе.

И, наконец, пора прекратить все спекуляции на национальных вопросах в стране, где любая искра может вызвать взрыв, способный разнести ее на мелкие клочья. Любые провокаторы, вывешивающие транспаранты с лозунгами «Мы за бедных, мы за русских» или «Россия только для русских», должны расцениваться, как национальные предатели и отправляться по этапу на поселение.

Только таким образом мы можем противостоять «плану Далеса» по развалу России и избежать трагической судьбы Югославии.

Другого пути нам не дано…

28.

На следующий день Виктор Петрович поднялся, как обычно, рано. Выпил чашку чая с сухариком. И долго бессмысленно бродил по квартире, пытаясь понять, чего ему не хватает в череде фактов, чтобы приступить к написанию задуманной еще в Дубае книге. Слишком многое в его сознании за последний месяц переплелось. Это и поездка в Арабские Эмираты, и встреча с шейхом Абдаллой, и вчерашний разговор с Дироевым. Но, для полноты картины чего-то явно не доставало.

Он вытащил из кармана пиджака свою записную книжку и начал её медленно листать. Наконец, наткнулся на то, что искал. На одной из загнутых страничек сверху маленькими неровными буковками было написано «Вероника Карпычева» и номер её мобильного телефона.

На вызов долго никто не отвечал. Воронцов уже хотел было нажать отбой, как в трубке раздался слегка взволнованный женский голос:

·        Кто это?... Что случилось?...

·        Извините… С вами говорит профессор Воронцов. Я друг Самигуллы Ишангареева… Я только что приехал от него из Арабских Эмиратов…

·        Ах, да-да… - еще больше начала волноваться женщина. – Так он, оказывается, там? А мы, честно говоря, тут все очень переживали. Впрочем, раз вы были там – у него – значит все в порядке. Но я бы очень хотела с вами повидаться…

·        Я тоже этого хотел бы… - тут же отреагировал Виктор Петрович.

Узнав о том, что Вероника Романовна находится сейчас в Москве, условились о встрече в тот же вечер. Не долго раздумывая, Воронцов назвал ей адрес все того же кафе в Камергерском переулке.

…Сидя за своим любимым столиком в самом углу зала, Виктор Петрович сразу обратил внимание на вошедшую в кафе маленькую, невысокого роста, опрятную женщину средних лет. Она, едва переступив порог, пристальным взглядом осмотрела присутствующих. И Виктор Петрович без труда угадал в ней профессиональную журналистку, будто бы вышедшую на очередное трудное задание. Она была по-деловому сосредоточена и слегка насторожена.

Но, увидев привставшего ей навстречу Воронцова, сразу как-то обмякла и расслабилась.

А уже через десять минут, после нескольких глотков натурального черного кофе, Вероника Романовна уютно расположилась на мягком диванчике, и  между ними завязался теплый дружеский разговор. Будто они знали друг друга уже не первый год. Потому что то, о чем они говорили, волновало их обоих.

Иногда Вероника Романовна начинала волноваться и горячиться. Она размахивала руками. Отчего сидящие за соседним столиком невольно съеживались. Тогда, словно спохватившись, она резко снижала тембр голоса и  начинала говорить почти шепотом, по-заговорщически.

Виктор Петрович слушал её рассказ обо всех тонкостях астраханской эпопеи с большим вниманием. И только несколько раз прерывал её, для того, чтобы уточнить некоторые детали.

Когда кофе и чай были выпиты, а крендели съедены, Вероника Романовна вдруг, словно спохватившись, полезла в свою сумочку и достала сложенный в несколько раз, уже изрядно помятый, газетный лист. Воронцов прочел на нем заголовок «Астраханская область  – это «Маленький Узбекистан».

·        Вот! Возьмите! Я это специально приготовила для вас! Этот материал никто не хотел печатать! Но здесь вся ситуация описана максимально подробно. И здесь есть, над чем призадуматься.

Вероника Романовна протянула листок Воронцову. И, пока он читал, пристально, словно серьезно о чем-то задумавшись, совершенно немигающим взглядом уставилась в какую-то точку на улице.

АСТРАХАНСКАЯ ОБЛАСТЬ —  ЭТО «МАЛЕНЬКИЙ УЗБЕКИСТАН»

«Всё познаётся в сравнении», — подумала я, побывав недавно в Москве, в Доме журналистов на пресс-конференции по теме «В России права верующих не защищены».

Это мероприятие было организовано Межнациональным и межрелигиозным правозащитным экспертно-аналитическим центром «МИМПЭКС».

В пресс-конференции приняли участие люди, известные не только в нашей стране, но и во всём мире. Среди них — президент Всероссийского фонда образования, доктор педагогических и философских наук, профессор, академик,  эксперт по вопросам межнациональных и межрелигиозных отношений в России Сергей Константинович Комков, Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации с 1998 по 2004 год, доктор юридических наук, профессор Олег Орестович Миронов, руководитель Московской Хельсинской группы Людмила Михайловна Алексеева, знаменитый советский и российский писатель Фёдор Михайлович Бурлацкий, известный адвокат, главный редактор журнала «Религия и право» Анатолий Васильевич Пчелинцев, директор Исламского правозащитного центра, муфтий Самигулла-хазрат Ишангареев и другие.

- Наша пресс-конференция посвящена проблеме нарушения прав верующих в Российской Федерации. Она достаточно широка, поскольку верующие — это, прежде всего, граждане государства. Следовательно, нарушение их прав — это нарушение прав граждан, — заявил, открывая мероприятие, его ведущий Сергей Константинович Комков.

- Специалисты-аналитики пытаются понять, каким путём и как дальше пойдёт развитие России, — продолжил он. — Мы видим, какие события сейчас разворачиваются на постсоветском пространстве — то там, то здесь вспыхивают путчи, перевороты, революции. И заканчивается всё это, как правило, плачевно. Мы пытаемся понять, на какой основе это происходит. И приходим к выводу, что главным является фактор межрелигиозных отношений. Разрушительные процессы уже начались. Худшее, что может нас ожидать, — это распад России на мелкие «удельные княжества», которые будут враждовать между собой. Поэтому сейчас наша основная задача — детально рассмотреть весь комплекс проблем, которые могут привести к развалу России.

- Я разделяю тревогу за целостность России. Но как правозащитника меня больше всего волнует, как в нашем государстве живут люди, как к ним относятся власти. Как сделать, чтобы в многонациональном, многоконфессиональном государстве людям жилось лучше? Прежде всего, они должны ладить друг с другом. К сожалению, сейчас в нашей стране наблюдается колоссальный рост ксенофобии и религиозной нетерпимости, — отметила Людмила Михайловна Алексеева.

- К сожалению, межрелигиозные противоречия нередко используются в политических целях, а порой и провоцируются. Они идут вместе с межнациональными противоречиями и сложностями, — высказал озабоченность Олег Орестович Миронов. — В настоящее время всячески нагнетаются антиисламские настроения. Причиной этого называют Чечню. Да, наверное, события в этой республике сыграли не последнюю роль. Но в том, что произошло в Чечне, вина федеральных властей России. Они не смогли предотвратить конфликт. Ошибки высшего руководства страны и во внешней, и во внутренней политике могут усугубить эти процессы. Сейчас многие средства массовой информации таким образом преподносят события в Узбекистане, что в сознании читателей и телезрителей формируется одобрение действий узбекского лидера. А ведь пострадали тысячи людей! Неужели все они — бандиты? Власти Узбекистана превратили свой народ в нищих. Посмотрите, кто сейчас работает на строительстве коттеджей у «новых русских»! Люди, не имевшие средств к существованию в Узбекистане, в нашей России фактически сделались рабами.

- Именно нищета нередко является основой конфликтов, — отметил писатель Фёдор Михайлович Бурлацкий. — Если богатые стреляют друг друга за деньги, то бедные воюют «за идеи».

С большим интересом и вниманием участники пресс-конференции заслушали выступление директора Исламского правозащитного центра, муфтия Самигуллу-хазрата Ишангареева.

- Сейчас во многих средствах массовой информации пропагандируется нетерпимость к так называемым ваххабитам. А ведь этот ярлык можно при желании приклеить  любому мусульманину. Что должен думать рядовой россиянин? Кто из мусульман является и кто не является ваххабитом? Кто проповедует традиционный ислам, а кто — нетрадиционный? В итоге российский обыватель смешивает всех в одну кучу, а в его сознании прочно укореняется образ врага-мусульманина. Кому нужна и выгодна эта сумятица? В январе нынешнего года заместитель Генерального прокурора Российской Федерации Владимир Колесников предложил внести в Уголовный кодекс статью, предусматривающую ответственность за ваххабизм. Тогда многие СМИ обращались ко мне за комментарием по этому поводу. Я был категорически против этого нововведения, опасаясь, что оно повлечёт за собой беспредел и ущемление прав российских мусульман. Но теперь я уже начинаю задумываться о целесообразности введения такой статьи. Пора, наконец, дать чёткие  определения понятиям «ваххабизм», «ваххабистская ячейка», чтобы правоохранительные органы не были в двусмысленном положении, вынужденные фабриковать уголовные дела на так называемых «лидеров ваххабистских ячеек». Пусть тогда доказывают, кто есть ваххабит и судят его именно за это, а не за подброшенные наркотики и боеприпасы. Может быть, это остановит тех, кто искусственно, в собственных корыстных целях, ради устранения неугодных оппонентов раздувает «антиваххабистскую» истерию и нагнетает ксенофобию?

Я вспомнила выступление муфтия Ишангареева по этой же теме несколькими днями раньше, когда он вместе с представителем Славянского правозащитного центра, адвокатом Владимиром Ряховским приезжал в Астрахань.

Напомню читателям, что 13 мая в Центре детского и юношеского творчества состоялся «круглый стол», целью которого также являлась защита прав верующих.

Муфтий Самигулла-хазрат Ишангареев, открывая астраханское мероприятие, был вежлив и доброжелателен, тепло поздравил астраханцев с прошедшим Днём Победы, призвал к межнациональной дружбе и межрелигиозной терпимости.

Позже, прослушивая аудиозапись «круглого стола» и анализируя буквально каждое слово, я пыталась найти хоть одну зацепку в выступлении Ишангареева, способную объяснить  враждебное отношение к нему со стороны некоторых присутствующих. Но таковой не нашлось. Напрашивался вывод, что кое-кто из наших астраханцев, не желающих «засвечивать» истинные причины межнациональной и межконфессиональной вражды, искусственно, по заранее отработанному сценарию, попытался направить мероприятие в угодное и удобное только им русло.

Среди участников «круглого стола» были представители областной и городской администрации, культурно-национальных обществ, общественных и религиозных организаций, депутаты горсовета и областной Думы, казаки и просто жители города и области. Как ни странно, при этой обширной аудитории, внезапно и непрошено взял инициативу в свои руки казачий атаман Станислав Коноплёв: «Я буду вести мероприятие». Он то и дело обрывал на полуслове выступающих, причём не только москвичей, но и своих земляков, слова которых ему, наверное, приходились не по душе. Он-то и подвёл итог мероприятию, пообещав отрезать «ваххабитам» бороду вместе с головой. Благие призывы к мирному сосуществованию, терпимости и законности были разбиты вдребезги.

Интересная деталь. Утром 13 мая, незадолго до начала «круглого стола» в здание по адресу: улица Кирова, дом 51, где находится общество татарской национальной культуры «Дуслык» и редакция газеты «Идель», внезапно нагрянул ОМОН. Растям Максутович Кинжалиев, который пришёл туда за билетом на концерт татарского певца, был просто ошарашен.

- Я часто бываю в «Дуслыке», но никогда такого не было, — рассказывал Кинжалиев. — Мне объяснили, что вроде бы ищут бомбу. Но я считаю, что это была попытка сорвать «круглый стол». Дело в том, что в «Дуслык» именно в это время должен был заехать перед мероприятием муфтий Самигулла-хазрат Ишангареев. Но он задержался в пути, попал в «пробку» и поехал сразу в Центр детского и юношеского творчества на «круглый стол». Не исключено, что, если бы он заехал в «Дуслык», то был бы задержан под каким-нибудь предлогом, и тогда мероприятие бы не состоялось.

Горькие мысли лезут в голову, когда сопоставляю два родственных мероприятия — в Москве и в Астрахани. Стыдно за некоторых моих земляков, которые вели себя, как дикари в каменном веке.

Некая дама с пеной у рта и ненавистью, пылающей в глазах, возмущалась, что брат муфтия Самигуллы-хазрата Мансур Ишангареев (тот самый, которого муфтий Назымбек Ильясов и астраханские газеты ни за что, ни про что объявили ваххабитом) якобы заставлял женщин села Бехтемировка носить платки.

Мне бы очень хотелось спросить «потерпевших»: «А как он это делал?». Может быть, так, как герои бразильского сериала «Клон», приехавшие из Феса в Рио-де-Жанейро? Например, как главная героиня Жади, объяснявшая своей племяннице Самире, что платок украшает женщину? И действительно, как мог Мансур Ишангареев заставить посторонних женщин, с которыми не связан брачно-семейными узами, следовать нормам шариата?

Выступая на пресс-конференции в Москве перед вдумчивой, цивилизованной аудиторией, я рассказала о судьбе еще одного жителя Астраханской области - Рината Салимова. Он всю жизнь занимался овощеводством и носил длинную бороду, которая никого не смущала, пока не начались события в Чечне. С тех пор мирный сельчанин стал объектом особого внимания со стороны правоохранительных органов. Похоже, что некоторым сотрудникам органов очень уж хотелось получить награду за поимку боевика, а борода представлялась им «особой приметой» террориста. Многократно в доме Салимова проводился обыск. Именно с подачи стражей порядка к нему приклеилось прозвище Бен Ладен. И всё же доказательств причастности трудяги-овощевода к какой-либо противозаконной деятельности добыть не удавалось. Вероятно, те, кто мечтал о медалях, решили сами себе помочь. В марте прошлого года при очередном обыске у Салимова нашли патроны, гранату, «ваххабистскую» литературу.

- Граната была завёрнута в промасленную тряпку. А нашли её в постельном белье, — рассказал мне в интервью Ринат Салимов. — Как вы думаете, мог бы человек таким образом хранить боеприпасы, даже если бы они у него имелись? Сейчас идёт суд, и выясняется, что материалы этого сфабрикованного дела полны противоречий. В протоколе указано, что граната найдена в бумагах. Видеозапись показывает, что её нашли в белье. А тот, кто её нашёл, говорит, что уже не помнит, где именно была найдена граната. Натуральный лохотрон!

Салимов сообщил мне также о том, что когда-то дружил с муфтием Назымбеком-хазратом Ильясовым. Однажды он имел неосторожность прямиком, как другу высказать Ильясову своё мнение о том, что на его должность есть более достойная кандидатура — человек, который закончил Бухарский медресе и Ташкентский университет. После этого Ильясов, по словам Салимова, назвал его предателем, дружба кончилась. Зато спустя немало лет Ильясов, похоже, припомнил «предательство»: пришёл на суд и дал бывшему другу самую отрицательную характеристику.

Вот такая бывает подоплёка у рождаемых ненавистью страшилок. Столько чёрной краски (а порой — и крови!). И всё ради того, чтобы удержать власть. Невольно вспоминаются события в Андижане. Недаром муфтий Самигулла-хазрат Ишангареев назвал нашу область «маленьким Узбекистаном», потому что некоторые власть имущие Астраханской области, подыгрывая Ильясову, подвергают репрессиям собственный народ.

Вероника Карпычева,

журналист-правозащитник.

…Прочитав статью, Воронцов понял, наконец, чего ему не хватало.

Можно много и нудно рассуждать о разных политических проблемах. Можно вести бесконечные теоретические споры и научные дискуссии. Можно писать научные книги и рефераты.

Но реальная жизнь конкретного человека, попавшего в горнило очередной политической кампании, стоит намного дороже всех этих изысканий.  

Жаль только, что этого не понимают политики, от которых зависят судьбы конкретных, реальных, живых людей.

Видимо, в этом и есть главная трагедия государства Российского сегодняшний дней.

…Распрощавшись с Вероникой Романовной, Виктор Петрович помчался домой.

Теперь он точно знал, о чем напишет в своей новой книге с довольно коротким, но емким названием «Ваххабит»…

29.

Камера пересыльной тюрьмы, куда Мансура привезли сразу после суда, была заполнена до отказа.

Охранник просто втолкнул его внутрь и плотно с треском закрыл дверь на засов.

Мансур огляделся по сторонам. Но в камере было довольно сумрачно. Он только понял, что здесь его никто не ждал. Потому что на нарах сразу заворочались потревоженные «старожилы».

А один из них, внимательно присмотревшись к новенькому, вдруг возгласил:

·        Братва! Нам еще одного басурманина подкинули! Откеда они их только берут? Смотрите – глазища-то вытаращил! Можно подумать, что по первой ходке!

·        Ты, Сивый, не кудахтай! – Прервал его грубый бас из-за занавески на нижней полке. Затем оттуда показалась большая лысая голова.

Хозяин голоса внимательно осмотрел Мансура с ног до головы. Затем махнул рукой в угол – под самый потолок.

·        Вон там такой же бородатый басурманин на втором ярусе чалится! Вали туда! Только сидите тихо! Если будете тут свои молитвы бубнить, башку оторву!

Лысый высморкался на пол и задвинул за собой занавеску.

Мансур придвинулся к тому месту, на которое указал лысый, и увидел, что сверху к нему тянется рука. Он аккуратно закинул ногу и влез на нары.

Такой же, как и он, бородатый мужчина на нарах отодвинулся в самый угол, уступая Мансуру часть территории, протянул ему руку и тихонько проговорил:

·        Салам алейкум… Меня зовут Ринат… Двигайся ко мне поближе, а то упадешь…

Мансур аккуратно протянул ноги вдоль нар и прилег, почти вплотную прижавшись к Ринату.

Тот обхватил его левой рукой и заговорил по-татарски в самое ухо:

·        Мне сегодня один охранник еще днем сказал, что тебя должны привезти. Это хорошо. Хорошо, конечно, не то, что ты попал сюда, - тут же поправился Ринат. – Но теперь есть хотя бы с кем поговорить. Мне жена рассказывала на свидании про твой суд. Все очень похоже на меня. Только мне сразу гранату подбросили… В шкаф, шайтаны, запихнули… Не знаю, почему со мной такое сотворили… я никому ничего плохого не делал…

·        А им без разницы. – Только вздохнул Мансур. – Я всю жизнь только о детях думал – чтобы им хорошо жилось. А что теперь с ними будет?... Но этому шакалу Ильясова я обязательно башку оторву! Чтобы он не поганил нашу землю! Аллах мне это простит, потому что он и не мусульманин вовсе! Он шайтан в тюрбане!

Мансур резко махнул рукой, отчего нары под ним заскрипели. А снизу из угла раздался недовольный голос лысого:

·        Я же сказал вам, нехристи поганые, - будете бубнить свои молитвы – башку оторву! Сивый, ну-ка сделай им свое последнее тридцать третье китайское предупреждение!

Сразу после этих слов Мансур почувствовал, что его хлестанули по ногам чем-то тяжелым. Затем раздался ехидный смешок. И противный писклявый голос под самым ухом проверещал:

·        Последнее тлидцать тлетье китайское пледуплеждение!...

·        Ладно… давай попробуем спать… - очень тихо и как-то совсем грустно прошептал Мансур.

Но затем вдруг развернулся лицом к проходу и твердо с отчаянием в голосе произнес:

·        Если еще раз, мозгляк, подойдешь, башку оторву!...

·        Во-во! – Моментально высунул голову из-за занавески лысый. – Поэтому вас, гадов, и сажают! Враждебный вы для нашей страны элемент! – Затем смачно сплюнул на пол и махнул куда-то в сторону рукой. – Ладно, Сивый, на сегодня свободен. Пусть дрыхнут… пока… Завтра разберемся.

И камера погрузилась в напряженную сонную тишину…

30.

Заседание Совета Безопасности, как и планировалось, началось ровно в девять утра.

Президент забежал в зал своей спортивной походкой с легким прискоком, деловито оглядел присутствующих и пригласил жестом руки садиться.

После небольшой протокольной съемки и нескольких слов приветствий, пресса и камеры из зала были удалены. Сидящие за столом, по своей обычной привычке, быстро расслабились и раскрыли папки с подготовленными для заседания документами.

Кто-то из членов Совета читал документы внимательно, кто-то – быстро пробежался по страницам и отодвинул в сторону. А директор ФСБ к своей папке даже не притронулся. Было видно, что все лежащее внутри знакомо ему чуть ли не наизусть.

·        Так что у нас сегодня на повестке? – Задал вопрос президент, по деловому придвинув к себе папку с золотым тисненым гербом на коленкоре. – По первому вопросу «О ситуации в Южном Федеральном округе» будете докладывать  вы, Игорь Сергеевич? – повернулся он в сторону ответственного секретаря Совбеза. – Или сразу директор ФСБ?

·        А, может быть, разрешите начать мне? – Поднял руку министр внутренних дел.

·        Ну, что же. Если никто не возражает, начинайте.

Президент протянул правую руку с часами на запястье к письменному прибору на столе, достал из стаканчика остро отточенный карандаш, внимательно осмотрел его и постучал кончиком по крышке стола.

Тем временем, министр быстро достал из портфеля нужные бумаги, разложил их перед собой веером на столе и уверенно проговорил:

·        Я считаю, что самая главная наша задача состоит в профилактике экстремизма. Вы об этом говорили в своем обращении к Федеральному Собранию. – Министр сделал реверанс в сторону президента, на что тот ответил ему легким едва заметным кивком головы. – Поэтому мы провели в Южном Федеральном округе ряд мероприятий, так сказать, профилактического характера. Внутренние войска произвели зачистку нескольких наиболее опасных территорий… - Министр начал перечислять названия населенных пунктов, попавших в «зону зачистки». Затем извлек из лежащей рядом папки один из документов и слегка потряс им над столом. – Вот здесь краткий отчет о профилактических мероприятиях МВД по борьбе с терроризмом в ЮФО. Могу добавить только одно: главной проблемой для нас, как и всегда остается агентурная работа по выявлению агитаторов, подстрекающих к экстремистским проявлениям. Особенно, среди молодежи. Но здесь мы рассчитываем на совместные действия с ФСБ.

·        А вы что, Николай Платонович, по этому поводу скажете? – Повернулся президент в сторону директора ФСБ.

·        У нас там агентурная работа налажена достаточно хорошо. – Тут же среагировал тот. – Нужно только, чтобы нам никто не мешал.

·        Кого вы имеете в виду? – Президент взял в руки карандаш и приготовился записать.

·        Если позволите, я направлю вам по данному поводу специальную записку. – Директор ФСБ обвел глазами присутствующих и положил широкую ладонь на свою папку.

·        Ну, хорошо. – Согласился президент и бросил взгляд на противоположную сторону стола. – А что нам скажет Генеральная прокуратура?

Генеральный прокурор слегка поёрзал на месте и, вытирая обильно набежавший на лоб пот, скороговоркой проговорил:

·        Наши службы свое дело делают в штатном режиме. Мы возбудили уголовные дела по всем фактам разжигания межнациональной вражды. Статья 282 используется по полной программе. За последние полгода по данной статье заведено более сотни уголовных дел…

·        И сколько реально доведено до суда? – Прервал его президент.

·        Почти половина…

·        Во-первых, почему почти? И почему только половина? – Недовольно переспросил президент.

·        Просто ряд дел после проверки приходится закрывать. – Глухо проговорил прокурор и опять вытер со лба обильно набежавший пот. – Надо, Владимир Владимирович, понимать специфику этого региона и специфику взаимоотношений между мусульманами. Там очень часто люди оговаривают друг друга. А четкого законодательного определения экстремизма у нас до сих пор нет. Поэтому мы рискуем попасть в ситуацию, когда в угоду очередной кампании мы будем возбуждать уголовные дела против ни в чем неповинных людей…

·        Как же так? – Перебил его президент и вопросительно посмотрел в сторону председателя Государственной Думы.

Тот, словно ожидая этого вопроса, моментально встрепенулся и, машинально поправив на шее галстук, доложил:

·        Во время текущей сессии данный вопрос уже будет рассмотрен. Соответствующий законопроект уже внесен на согласование в правительство. – При этом он кивнул в сторону председателя правительства, который тут же, глядя почему-то, то на директора ФСБ, то на президента, начал утвердительно качать головой.

·        Только у нас, Владимир Владимирович, одна проблема. – Продолжил председатель Госдумы. – Мы уже сейчас испытываем колоссальное сопротивление со стороны оппозиции и, так называемых, правозащитников. Во время парламентских слушаний по данному законопроекту они устроили в Думе настоящую обструкцию. Тут еще масла в огонь подливает наша пресса. Нельзя ли их как-то урезонить? – Председатель Госдумы посмотрел вопросительно сначала в сторону президента, затем – на министра внутренних дел и директора ФСБ.

·        Все это не так просто, Борис Вячеславович. – Постучал по столу карандашом президент. – Мы не вправе вводить политическую цензуру. Но, я думаю, товарищи возьмут ваши пожелания на вооружение. – Он тоже как бы невзначай посмотрел на последних.

Оба руководителя сразу приосанились и начали что-то быстро записывать у себя в блокнотах.

Тем временем президент опять повернулся в сторону Генерального прокурора и назидательно проговорил:

·        Нам сегодня миндальничать ни к чему! Вы это, Владимир Васильевич, должны четко понимать! Мы должны жестко пресекать даже попытки проявления экстремизма на нашей территории! Сегодня весь мир стонет от этой заразы. Вам всё понятно?

·        Да, Владимир Владимирович, безусловно. Но… нам бы все-таки усилить нормативно-правовую базу. Иначе получается, что нам порой просто нечего предъявить в качестве обвинения.

·        А я думаю, обвинить у нас всегда найдется в чем! – Неожиданно встрял в разговор министр обороны.

·        Ну, уж вы, Сергей Борисович, не перегибайте палку. – Пожурил его президент. – У вас – у военных – все бывает так: только экстремально. А мы работаем с реальными живыми людьми. У которых, к тому же, в кармане паспорт гражданина России. Тут все не так просто.

·        Вот мы и доминдальничались! – Упрямо рубанул министр. – А потом нам, военным, придётся расхлебывать всю эту кашу! Или нам Чечни мало?

·        Кстати, о Чечне у нас будет особый разговор. – Остановил его президент. – Там, я думаю, предстоит рассмотреть ряд кадровых вопросов. Мне кажется, что мы недооцениваем роль молодого чеченского лидера Рамзана Кадырова. Пора ему выдвигаться на передний план. Как вы считаете? – Президент вопросительно оглядел зал и, заметив одобрительную реакцию большей части присутствующих, махнул рукой в сторону руководителя администрации. – Дмитрий Анатольевич, подготовьте, пожалуйста, соответствующие предложения.

Только Генеральный прокурор как-то неуверенно пожал плечами и с сомнением покачал головой. Но президент сделал вид, что не заметил его реакции на свои слова.

В этот момент к разговору подключился министр иностранных дел. Он слегка прокашлялся, будто собираясь произнести серьезную речь.

По нему никогда нельзя было понять, носит ли его кашель сугубо дипломатический характер или это всего лишь следствие систематического отравления табаком. Все знали, что Сергей Викторович – заядлый курильщик. И, даже в бытность свою представителем России при ООН, он сумел вытребовать для себя от Генерального секретаря привилегию курить в здании этого солидного международного учреждения.

Министр иностранных дел приподнялся над столом и, глядя на президента, напомнил ему:

·        Мы должны иметь в виду, Владимир Владимирович, что через два месяца у вас – выступление на Ассамблее Организации Исламская Конференция. Её руководители относятся к ситуации в России весьма настороженно. Они уже не раз ставили вопрос о притеснениях мусульман в Российской Федерации. Так что нам надо серьезно подготовиться. И, в первую очередь, поработать с нашими официальными исламскими лидерами. Чтобы они в преддверии Ассамблеи сделали соответствующие заявления… Если нужно, мы можем текст подготовить. – Министр сел на место, продолжая вопросительно взирать в сторону президента.

·        Конечно, Сергей Викторович. – Словно нехотя проговорил президент. – Я обязательно учту данный фактор. И возможный текст от имени наших мусульманских руководителей вы подготовьте. Это ваша прямая обязанность. А вы, Дмитрий Анатольевич, обеспечьте контакт с ними. – Обернулся он в сторону руководителя администрации. - Я всегда помню, что Восток – дело тонкое! И мы должны быть готовы ответить на любые их претензии. Но, это не должно менять суть нашей позиции внутри страны!

И, словно подводя итог всему сказанному по данному вопросу, президент несколько раз пристукнул карандашом по столу, что-то быстро записал в своем блокноте и, обращаясь ко всем присутствующим, подвел итог:

·        Мы с вами должны сегодня вполне четко осознавать, какая опасность таится для России в угрозе экстремизма и терроризма. И мы должны научиться выжигать её каленым железом! Да, - слегка поджал он губы, - я понимаю, что здесь возможны всякие нюансы. Возможны даже перегибы. Но все это делается во имя великой цели сохранения целостности России! И это надо понимать! Как тогда, на Дубровке, мы вынуждены сегодня идти на риск! Вполне допускаю, что какая-то часть населения может от наших мер пострадать. Но все это делается во имя сохранения спокойствия остальных.

Словно подведя черту, президент отложил в сторону часть бумаг и вновь обратился к членам Совета:

·        Ну, что ж, переходим к следующему вопросу. Что у нас там на повестке? – Он открыл папку, достал один из листков и прочел. – Приватизация предприятий оборонной отрасли…

При выходе с заседания Совета Генеральный прокурор слегка замешкался в дверях. Его нагнал министр внутренних дел и, дружески похлопывая по плечу, сочувственно произнес:

·        Ты, Василич, зря этак. Шеф подобного не любит.

·        О чем это вы? – Непонимающе посмотрел на него прокурор.

·        Да все о том же. Я про так называемых невинно пострадавших…

·        А мне по фигу! – Вдруг резко произнес прокурор. – Всем нам хорошо рассуждать! Только никто не хочет оказаться в числе тех, кем жертвуют во имя спокойствия остальных… А, может статься, что такой момент когда-нибудь настанет… Для каждого из нас… Не стоит об этом забывать…

Он резко развернулся, вышел из здания и, ни с кем больше не общаясь, устало зашагал к своей машине…

31.

С утра Максим Островнов пребывал в хорошем расположении духа.

Еще вчера он закончил свой отчет по командировке в Карачаево-Черкесию.

События, связанные с зятем тамошнего президента взбудоражили всю страну. Опять все СМИ наперегонки заговорили о мусульманском экстремизме. Но они-то – в кремлевской администрации - прекрасно понимали, что никакого экстремизма во всей этой истории нет и в помине. Налицо была сугубо криминальная разборка.

Правда, особая тонкость заключалась именно в том, что главным действующим лицом невольно стал сам президент Карачаево-Черкесии. Тем более что возмущенные родственники погибших президентский дворец взяли штурмом. А сам хозяин вынужден был позорно спасаться от нападавших бегством.

Кое-кто эти события немедленно объявил продолжением боевых действий «исламских джамаатов». Поэтому руководство отправило Максима на «место боевых действий», так сказать, чтобы разобраться и доложить обо всем руководителю администрации президента.

Весь доклад, который Максим подготовил по результатам командировки, фактически уложился на одном листке. Его главный вывод: никаких выступлений на национальной почве в данном регионе нет.     И, так называемый, «мусульманский фактор» здесь ни при чем.

Всё, казалось бы, как обычно привыкли говорить между собой сотрудники администрации, было тип-топ. Но опыт работы в этой структуре подсказывал, что, прежде чем направлять записку руководителю администрации, нужно все-таки заручиться одобрением его заместителя.

Максим еще несколько раз пробежал глазами написанное и набрал номер внутреннего телефона.

·        Владилен Михайлович, я эту хрень по Черкесии прикончил. Мне показать тебе или сразу тащить Мишкину?

·        Ты там действия силовиков осветил? – Недовольно пророкотал в трубку зам.

·        Но, мне не ставили такую задачу…

·        А ты что – сам не соображаешь?

·        Соображаю, конечно. Но… - С сомнением произнес Максим.

·        А ты безо всяких «но»! Мы что тебя зря при Мишкине держим? Тебе же было сказано: составить объективную справку о действиях органов федеральной и региональной власти по преодолению кризисной ситуации в данном регионе! Ты понял?  

·        Вроде бы… - Невнятно пробормотал Максим.

Но голос в трубке его прервал.

·        Ладно! Хрен с ней – с этой Черкесией! Неси Мишкину то, что накатал. И срочно переключайся на другое задание. Я тебе как раз собирался звонить. Большой шеф (так они между собой по давно заведенной традиции называли президента) дал команду организовать ему встречу с представителями мусульманской общественности. Он через две недели летит на Ассамблею Организации Исламская Конференция. Так ты давай немедленно найди для него кого-нибудь из наших чалмоносцев. Чтобы они его при камерах всяких иностранных компаний заверили в своих верноподданнических чувствах. Понял?

·        Так точно! – Сразу оживился Островнов. – Сейчас я кое-кому из этих ребят прозвоню и поставлю задачу.

·        Только ты не забудь, чтобы все было, как обычно. – Вкрадчиво произнес собеседник. – Нечего им сюда на халяву шастать. За удовольствия, как говорится, надо платить!

Владилен Михайлович громко, гортанно рассмеялся и дал отбой.

Островнов быстро сложил написанное в папку с надписью в правом верхнем углу «Руководитель Администрации президента РФ» и открыл свою записную книжку. Некоторое время порылся в ней. И, найдя то, что искал, придвинул к себе городской телефон.

·        Алло! Это Артур? – Он в нетерпение постучал карандашом по столу. – Слушай, хазрат! Есть возможность получить в ближайшее время аудиенцию у большого шефа. То есть, я хотел сказать, у президента! На аудиенцию можешь прихватить с собой пару-тройку своих чудаков. Не задаром, конечно. А как обычно. Заезжай ко мне завтра сразу после обеда – обсудим детали.

Он повесил трубку и напротив фамилии Гусманов в записной книжке поставил большую жирную галочку.

32.

Назим-хазрат уже выходил из мечети, когда в кармане громко задребезжал мобильный телефон.

Мельком взглянув на высветившийся номер, он поспешно нажал на кнопку приема и затаил дыхание.

В аппарате что-то зажужжало. Затем раздался уверенный, раскатистый  бас.

·        Ну, что, хазрат? Как ты там? Уже очухался от этой передряги? Или еще до сих пор в штаны мочишься? Мне уже доложили, что наши, московские, у вас там наделали много шуму. Теперь тебе не мешало бы подкрепить свои позиции. А то тебя непременно прихватят.

·        Да-да, конечно. – Торопливо заговорил Ильясов, опасливо озираясь по сторонам. Увидев выходящих из мечети односельчан, он поспешил за угол и прижался к стенке сарая. – Я вам весьма признателен, Артур-хазрат, за то, что вы о нас проявляете постоянную заботу! Нам здесь, действительно, сейчас весьма непросто.

·        Вот и я про то же. – Перебил его Гусманов. – Тебе теперь после всей этой истории с Ишангареевым придется очень серьезно реабилитироваться перед руководством нашего духовного управления. Или ты намерен переметнуться к Талгату?

·        Да, нет… - Замялся Ильясов.

·        То-то! – Назидательно произнес Гусманов. – Правда, у нас с Талгатом теперь тоже есть договоренность. Так что, все равно тебе надо с нами дружить. Но, я сейчас не об этом… - Гусманов понизил голос, и Назиму-хазрату пришлось еще плотнее прижать аппарат к уху. – У тебя есть возможность попасть на аудиенцию к президенту. В составе небольшой группы наиболее уважаемых людей. Ты понял, о чем я говорю?

·        Да, да, да… - Поспешно закивал головой Ильясов. – Буду вам признателен по гроб жизни! Буду вашим покорным слугой! Вы знаете – Ильясов умеет быть благодарным!

·        Знаю, конечно. Поэтому и предлагаю такую возможность именно тебе.

В трубке на некоторое время воцарилось полное молчание. Ильясов, испугавшись, что прервалась связь, начал крутиться на месте, пытаясь, как говорят в таких случаях, «поймать волну».

В это время за стенку сарая завернули два старика из соседнего села, только что  вышедшие из мечети. Один из них, увидев вертящегося муфтия, испуганно шарахнулся в сторону. Затем отмахнулся от него, как от нечистой силы, и потащил соседа в противоположную сторону.

Проводив их испуганным взглядом, Ильясов опять приложил к уху аппарат.

·        Алло! Алло! Артур-хазрат! Я здесь! Я вас слушаю!

·        Ну, чего ты там кричишь? Ты не кричи, а слушай. В общем, так: твоё участие в  аудиенции будет стоить тебе тридцать штук нашего родного зеленого цвета. Понял?

·        Да-да, Артур-хазрат! Когда и куда привезти деньги?

·        Привезешь, когда подъедешь в Москву. Дата аудиенции пока еще согласовывается. Но, думаю, что это произойдет скоро. Так что, будь готов.

·        Вы же знаете, Артур-хазрат. Я всегда готов!

·        Вот и хорошо. Только побольше помалкивай! И не вздумай кому-нибудь раньше времени хвастаться! Тогда для тебя все раз и навсегда закончится! Понял?

·        Храни вас Аллах, уважаемый Артур-хазрат! Век буду вашим послушным рабом!

·        Ладно. Я это уже слышал. – Прервал его Гусманов. – Готовь бабки и жди моего сигнала! Всё!

В аппарате раздались короткие гудки, и связь прервалась.

 Ильясов еще некоторое время постоял, глядя то на свой мобильник, то на удаляющихся ковыляющей походкой стариков. Затем злорадно оскалился и помахал кулаком куда-то в сторону.

·        Мы еще увидим, кто здесь главный!...

Гордо распрямился и пошагал по улице слегка приплясывающей походкой…

В этот момент он еще не знал, что его радужным надеждам сбыться не суждено…

33.

…Артур-хазрат прибыл в Кремль в половине четвертого. Мимо приемной главы администрации пробежал сразу в конец коридора в кабинет его помощника.

Островнов ждал его с нетерпением.

Как только дверь за Гусмановым закрылась, он пригласил его к столу и, достав из-за тумбочки с телефонами бутылку виски, показал на неё взглядом:

·        Может, по чуть-чуть?

·        Ну, что вы, Максим Валентинович? – Возмутился Гусманов. – Вы же знаете, что мусульмане к этому зелью относятся отрицательно.

·        Ну-ну! Дело хозяйское. – Усмехнулся Островнов и сделал несколько небольших глотков.

Несколько минут посидел молча, как будто прислушиваясь к своим внутренним ощущениям после выпитого. Затем отправил бутылку на место – за тумбочку – и продолжил.

·        Ты, хазрат, наверное, знаешь, что президент собрался на Ассамблею Организации Исламская Конференция?

·        Да-да, конечно. – Закивал головой Гусманов. – Об этом сегодня пишут все центральные газеты.

Островнов почему-то криво ухмыльнулся, сплюнул в мусорную корзину под столом и продолжил:

·        То, что пишут наши центральные газеты, мы, само собой, контролируем. Наше руководство сегодня волнует другое: что будут писать в ближайшее время газеты там – за бугром. – Он кивнул головой куда-то в сторону окна. Затем махнул рукой и присел на край стола. – Но, газеты – это фигня! Главное – как это все представят электронные СМИ!

Островнов слез со стола и вплотную приблизился к Гусманову.

·        Как я тебе уже сказал раньше, шеф решил пригласить к себе перед отъездом группу руководителей мусульманских общин. Ну, то есть, сам понимаешь – главных руководителей этих ваших духовных управлений мусульман. Чтобы они на камеру поблагодарили его за мудрую, так сказать, политику в отношении российских мусульман.

·        Нет проблем! – С готовностью откликнулся Гусманов. – Вы же знаете, Максим Валентинович. Мы всегда готовы оказать в этом деле необходимую помощь. Я сейчас же позвоню Равилю и Талгату. Они с удовольствием на эту аудиенцию прибудут. К тому же, мы им организуем, как вы просили, сопровождение из некоторых региональных муфтиев. Я уже этот вопрос предварительно проработал. – Он слегка понизил голос и почти в самое ухо Островнову добавил. – Не задаром, конечно же. Как обычно. Только вы скажите, сколько?

Гусманов отодвинулся в сторону и вопросительно взглянул на Островнова.

Тот быстрым движением написал на листке бумаги цифру 20 с тремя нулями. Показал собеседнику. Затем так же быстро эту бумажку разорвал на мелкие части и выбросил в мусорную корзину.

·        Понято. – Спокойно произнес Гусманов. – Я начну прорабатывать вопрос сегодня же. На когда назначена аудиенция?

·        Думаю, что в ближайшие дни. Я сообщу тебе дополнительно, как только её поставят в график президента.

·        Хорошо, Максим Валентинович. Я буду ждать вашей команды. А по поводу Равиля с Талгатом и сопровождающих лиц я сообщу вам завтра же.

·        Кстати, а Равиль или Талгат о коммерческой стороне вопроса при организации аудиенций что-нибудь знают?

·        Нет, Максим Валентинович. Как можно? Ну, зачем нам посвящать столь уважаемых людей в эти сугубо мирские проблемы? – Гусманов состроил обиженное выражение лица и слегка поджал губы.

·        Смотри, хазрат! Чтобы здесь не было никакого прокола! Сам понимаешь: если что – голову снесут под самый корешок! И чалму больше носить не на чем будет!

Островнов погрозил Гусманову пальцем. И поднялся, чтобы проводить его до дверей.

Они уже пожали друг другу руки, когда дверь вдруг распахнулась настежь, и в кабинет буквально влетел заместитель главы администрации Владилен Сырков.

В его руках оба увидели несколько листков бумаги с крупно отпечатанным текстом.

Сырков на ходу схватил Гусманова за отворот пиджака и буквально поволок к письменному столу. Бросил перед ним листки бумаги и, грозно пристукнув по ним кулаком, прокричал:

·        Что это за херня?! Мусульманская рожа! Я тебя спрашиваю! Ты только посмотри, что накатали президенту твои паршивые сородичи! Всякие там шейхи и хазраты! Причем, сделали это не как полагается, через канцелярию, а подло – через газету! – Он буквально ткнул Гусманова лицом в разбросанные по столу бумаги. – Так-то вы отвечаете на нашу заботу о вас?! Да, если эта писанина попадет в западные СМИ, нашему президенту не хрена делать на Ассамблее вашей исламской конференции! Ты это понимаешь?! В общем, так! – Он с размаху хлопнул ладонью по столу и в сердцах ударил ногой по ножке кресла. - Как хочешь, разруливай эту ситуацию! Иначе вход в Кремль для тебя навсегда будет заказан!

Сырков грозно сверкнул очами и двинулся к дверям. И, уже на самом пороге, повернувшись к Островнову, резко произнес так, как будто в кабинете не было Гусманова:

·        Ты персонально отвечаешь за то, чтобы эти нехристи до конца не обосрали нам всю малину с визитом президента на Ассамблею в ОИК! Понял?! Если не обеспечишь – тоже вылетишь из администрации к едреней фене!

После чего рывком открыл дверь и выскочил в коридор, оставив в полной прострации обоих.

Когда громкие шаги Сыркова затихли в конце коридора, Островнов медленно подошел к столу и пригляделся к разбросанным на нем бумагам. На одном из листков в центре было написано: «Ежедневный обзор прессы. Газета «Известия» № 38 от 5 марта 2005 года».

Островнов присел на самый край своего рабочего кресла, осторожно взял со стола бумаги и начал читать.

Затем протянул листки Гусманову. И, пока тот трясущимися от волнения руками их перебирал, нагнулся за тумбочку с телефонами и достал оттуда початую бутылку виски. Открутил крышку. Сделал несколько больших глотков и, пристально глядя на Гусманова, задумчиво спросил:

·        Ну, что, хазрат? Доигрались? Что теперь делать-то будем?...

Ответа не последовало…

Вместо этого, Гусманов подошел к столу чиновника, взял с него бутылку и влил в себя почти половину её  содержимого. Поставил её на место. Некоторое время постоял, в задумчивости рассматривая разложенные на столе бумаги. И вдруг, в отчаянии махнув рукой, схватил только что оставленную бутылку и допил остатки крепкого заморского напитка.

После чего неуклюже развернулся и направился слегка шатающейся походкой к выходу из кабинета…

Вместо эпилога

Опубликовано в газете "Известия" в № 38 от 5 марта 2007 г. Письмо известных мусульманских деятелей, адресованное президенту России В.В.Путину Уважаемый Владимир Владимирович!        Выступая в конце 2005 г. на открытии парламента Чеченской Республики, Вы заявили о том, что Россия всегда была и остается наиболее надежной защитницей Ислама. Мы верим в искренность этих слов и ценим, что они исходят из уст главы великого государства и гаранта российской Конституции.        Но, к сожалению, в нашей стране часто бывало так, что на средних и нижних этажах вертикали власти политика государства искажалась и превращалась в нечто противоположное. Так сейчас происходит и в отношении мусульман, на которых в ряде регионов страны под благовидным предлогом борьбы с терроризмом обрушились настоящие гонения.        Наиболее вопиющим случаем в этом ряду является дело имама г. Пятигорска Антона Степаненко. Мы считаем, что задержание имама Степаненко по обвинению в незаконном удержании подростка является безосновательным. Вся вина имама, который находится под стражей уже целый год, заключается в том, что в его мечети приняли Ислам люди «немусульманских» национальностей. Ему вменяют в вину, что он якобы удерживал в мечети несколько лет назад (!) воришку, страдающего психическими расстройствами.        Однако в ходе суда защитой было юридически доказано, что в следственном изоляторе Степаненко подвергался давлению и избиениям со стороны сотрудников правоохранительных органов. Также в ходе судебного процесса потерпевшие Борис Мартынов, Тимофей Панасюк и Наиль Каратаев признались в том, что они давали показания под давлением. Действия суда в этом деле - предмет напряженного внимания многочисленного мусульманского населения не только Кавказа, но и всех мусульманских стран.        Под угрозу поставлено само право граждан России на свободу совести и свободу вероисповедания. Эту проблему Вы также затронули в ходе общения с иностранными журналистами в ушедшем году. В ответ на реплику одного из гостей, что террористам куда проще завербовать русских мусульман, Вы совершенно верно отметили, что мусульмане в России - не чуждая часть общества и не мигранты, а полноправные русские, граждане страны, живущие на своей родной земле.        Мы считаем Антона Степаненко узником совести в международно-правовом смысле этого слова. На его защиту встали все три централизованные мусульманские структуры России – Совет муфтиев России, Центральное духовное управление мусульман России, Координационный центр мусульман Северного Кавказа. Но пока все их обращения игнорируются.        Наряду с этим, в Набережных Челнах и Москве пытаются запретить книги одного из самых гуманистических мыслителей Б. Саида Нурси, что по нашему мнению может стать прецедентом для объявления в России вне закона практически всей литературы, цитирующей Коран.        Ряд экспертиз указанной литературы дал негативный ответ на вопрос о наличии в ней каких-либо экстремистских призывов, что уже было удостоверено судом в судебном процессе в Омске, в ходе которого молодому человеку, мусульманину, вменялось в вину то, что он разжигает вражду на религиозной почве по причине распространения книг Саида Нурси.        «Психологические экспертизы» - особый пункт в издевательствах сотрудников силовых ведомств над читателями книг Саида Нурси. У ряда мусульман произведены обыски и заранее изъяты книги Саида Нурси, как будто бы они являются запрещенными.        Сегодня процесс по запрету книг Нурси продолжается в Коптевском суде Москвы. Заседания по делу объявлены закрытыми. К делу против собрания сочинений мусульманского мыслителя подключилась Генеральная прокуратура РФ.        В Астрахани новая власть планирует снести разрешенную прежним губернатором и мэром к строительству мечеть тем самым, по нашему мнению, стремясь дискредитировать и главу государства и государство в целом, не имея, достаточных оснований для принятия такого решения.        Суд, в том числе Верховный Суд РФ, вынес решение в пользу астраханских властей. Все жалобы и обращения в защиту мечети, в том числе в Генпрокуратуру РФ и к Уполномоченному по правам человека в РФ, не привели к положительному результату.  Мы считаем, что это дело носит политический характер.        Символом попрания прав мусульман стало обвинение пожилого человека, прихожанина мечети в Астраханской области Мансура Ишангареева, при проведении обыска в доме которого была найдена граната… в валенке. Подобных нелепостей в нашей стране не было с 1930-х годов.        Скандальная ситуация сложилась в Республике Татарстан вокруг дела о так называемом «взрыве на бугульминском газопроводе». В апреле 2005 года в качестве подозреваемых были задержаны трое: Ишмуратов Тимур Равильевич; Гумаров Равиль Шафиевич; Шайхутдинов Фанис Аглямович. 30 сентября в Верховном Суде Татарстана последовал единодушный вердикт присяжных, что подсудимые невиновны. На суде выяснилось, что признания обвиняемых были получены с применением пыток, а свидетели обвинения отказались от показаний, данных на следствии, заявив, что их из них просто «выбили» или получили обманом.        Республиканская прокуратура обжаловала оправдательный приговор в Верховном Суде РФ, ссылаясь на процессуальные нарушения. К этому времени появился еще один подозреваемый, который сам дал признательные показания, что именно он организовал несколько терактов, в том числе и взрыв на газопроводе в Бугульме. Несмотря на это, Верховный Суд РФ отменил приговор, и на один теракт нашлось два комплекта «исполнителей». Вскоре ВС РФ осудил Ишмуратова, Гумарова и Шайхутдинова. Сейчас адвокаты пытаются добиться пересмотра этого решения.        Складывается впечатление, что прокуратура действовала не в целях установления истины и соблюдения законности, а в собственных корпоративных целях или по заказу извне – из тех стран, где намеренно оскорбляют мусульман карикатурами на Пророка Мухаммада (мир с ним) и где нарушают права человека на базе в Гуантанамо. Двое узников по «бугульминскому делу» были ранее заключенными на этой базе, их виновность не была установлена, и они были выпущены. На серьезность нарушений прав человека на американской базе обращали внимание и Вы, заявляя, что «в России Гуантанамо не будет».        Складывается впечатление, что в условиях международного скандала кто-то пытался замести следы нарушения прав человека на базе Гуантанамо путем устранения свидетелей, в том числе и в России, а некоторые «оборотни в погонах» являются исполнителями этого заказа.        Вопиющие случаи преследования мусульман есть и в других регионах. Мы не останавливаемся здесь на судьбах многих других лиц, которые фактически являются узниками совести. Речь идет о той самой проблеме, которую Вы недавно подняли на встрече с членами Совета по правам человека и приглашенными руководителями общественных организаций, признав, что многие люди до сих пор находятся в тюрьмах нашей страны несправедливо.        Мы свидетельствуем, что мусульмане России не хотят и не требуют никаких привилегий для себя, никаких выгод, никакого «первенствующего» или «господствующего» правового статуса. Мы призываем следовать Конституции – основе стабильности и будущего процветания нашей многоконфессиональной Родины.        Мы полагаем, что Вы как гарант Конституции РФ сможете вмешаться в сложившуюся ситуацию, которая наносит серьезный ущерб имиджу России как страны, недавно ставшей наблюдателем в Организации Исламская конференция и усиливающей свои политические и экономически позиции в мусульманских странах.        Вы объявили борьбу с терроризмом одной из приоритетных задач государства. В этой связи пособниками террористов, как Вы сами сказали после Бесланской трагедии, являются и те, кто хочет разжечь межнациональную вражду. – К великому сожалению, таковые есть и среди официальных структур, и они подрывают единство нашего государства и позорят нашу страну перед всем мировым сообществом. Без операции «чистые руки», без освобождения от «оборотней в погонах» борьба с подлинным терроризмом, а не с носителями гранат в валенке, не будет успешной. С уважением, Нафигулла Аширов Сопредеседатель Совета муфтиев России, глава Духовного управления мусульман азиатской части РФ (Москва Мукаддас Бибарсов Сопредеседатель Совета муфтиев России, глава Духовного управления мусульман Поволжья (Саратов) Висам Али Бардвил Глава Духовного управления мусульман Карелии (Петрозаводск) Мухаммадрасул Саадуев Председатель Совета имамов г. Махачкалы Шамиль Султанов Депутат ГД РФ (Москва) Марат Сайфутдинов Шеф-редактор портала Ислам.Ру (Москва) Мухаммед Салахетдинов Председатель Ассоциации общественных организаций "Собрание" Гейдар Джемаль Председатель Исламского Комитета (Москва) Деньга Халидов Советник президента и член- корреспондент Академии геополитических проблем, руководитель Центра проблем этнополитики и Ислама (Москва) Тимур Пулатов Член Союза писателей РФ, народный писатель Узбекистана и Таджикистана (Москва) Дамир Мухетдинов Глава издательского дома «Медина» (Нижний Новгород) Асламбек Эжаев Глава издательского дома «Умма» (Москва) Фатых Гарифуллин Председатель Казыятского управления мусульман Тюменской обл. и др. Также под обращением подписались свыше 3000 мусульман более чем из 10 регионов РФ.  Сбор подписей продолжается…

Москва – Дубай – Карловы Вары

2007 г.

БОРОДА МУСУЛЬМАНИНА И ЕЕ ВАЖНОСТЬ

БОРОДА МУСУЛЬМАНИНА И ЕЕ ВАЖНОСТЬ

В свете насаждаемого в России т. н. "особого традиционного ислама" многие мусульмане отошли от предписаний ислама – религии всех пророков (алейхимус-салям), считая их никчемными пережитками прошлого. К этому относиться и отношение к традиции ношения мусульманами бороды, являющейся не просто традицией, а предписанием ислама мужчинам этой Уммы.

Бритье бороды — это изменение облика творения Аллаха и подчинение воле шайтана, про злое намерение которого в Коране говорится так:
"и прикажу им, (рабам Аллаха) изменить творения Аллаха, и они непременно сделают это". (сура Женщины, 119).

Посланник (алейхис-салям) велел отпускать бороду и запретил брить ее, ведь Аллах Всевышний сказал: "И что дал вам Посланник, то берите, а что он вам запретил, от того удержитесь…" (сура Собрание, 7).

Пророк также приказал своим последователям: "Подстригайте усы и отпускайте бороды, отличайтесь от огнепоклонников". (Муслим).
Пророк Мухаммад (алейхис-салям) также сказал: "Есть действий, которые можно совершать на теле: "Подстригать усы, отпускать бороды, чистить зубы, прополаскивать нос водой, обрезать ногти…" (и другие действия). (Муслим).

Он также сказал: "Аллах проклял мужчин, уподобляющихся женщинам". (аль-Бухари). Бритье бороды является уподоблением женщине, что является основанием для лишения милости Аллаха.

В одном из хадисов о пророке Мухаммаде (алейхис-салям) рассказывается, что он принял посла из Византии. Посол был гладко выбрит. Мухаммад (алейхис-салям) спросил посла, почему он так выглядит. Византиец ответил, что бриться их заставляет император. "Но мне приказал Аллах, Всемогущий Он и Великий, чтобы я оставил бороду и подстриг усы",-воскликнул пророк (алейхис-салям). (Хороший хадис, рассказал Ибн Джарир).

В ходе последовавшего дипломатического разговора с послом Мухаммад (алейхис-салям) больше ни разу не посмотрел на византийца. Сподвижники пророка (алейхис-салям) рассказали потом, что Мухаммад (алейхис-салям) не смотрел на бритого посла потому, что отнесся к нему, как к женоподобному существу. А пророк Мухаммад (алейхис-салям.) никогда не смотрел на чужих женщин.

Отпускать бороду — приказ Аллаха и Его посланника для мужчин мусульман. Это — обязанность, и потому Посланник (алейхис-салям) и его сподвижники всегда сохраняли ее. Что касается бритья бороды, то в хадисах на этот счет указано на запрет этого действия.
Нельзя сбривать волосы на щеках или выщипывать их, так как волосы на щеках относятся к бороде.

Однажды один мужчина в брачную ночь вошел к своей жене, сбрив бороду, с которой она видела его раньше, и жена не отдалась ему, так как ей не понравился его внешний вид. Как-то спросили одну женщину ее подруги о том, почему она выбрала себе в мужья человека с бородой. Она ответила: "Я вышла замуж за мужчину, а не за женщину".

Бритье бороды относится к порицаемым поступкам, которые необходимо запрещать. Пророк (алейхис-салям) сказал: "Кто из вас увидит не одобряемое, должен изменить его своими руками. Если не может изменить руками, должен изменить его своим словом. Если не может изменить и словом, то пусть изменит своим сердцем. И это будет самым слабым проявлением имана".

Как-то я спросил одного мужчину, бреющего свою бороду, о том, любит ли он Посланника Аллаха (алейхис-салям). Он ответил утвердительно. "Но ведь Посланник (алейхис-салям) велит оставлять бороду", - сказал я ему. — "Кто любит Посланника Аллаха (мир ему), подчиняется или противоречит ему?" - спросил я. "Подчиняется" - ответил мне мужчина и обещал отпустить бороду.

Если твоя жена возражает, чтобы ты отпустил бороду, скажи ей: "Поистине, я — мужчина, который опасается ослушаться своего Господа". Поднеси ей подарок и напомни ей слова пророка Мухаммада (алейхис-салям): "Нет покорности твари в ослушании Творцу и Создателю".(Достоверный хадис, рассказанный Ахмадом).

Поэтому, уважаемые братья, смысл бороды не в том как это понимают некоторые слабые в имане мусульмане, и она не является просто Сунной, а является ваджибом для мусульманских мужчин, за оставление которого человеку записывается грех.

Так же издевательства и насмешки над бородой, типа, посмотрите, какая она у него, козлиная борода и.т.д., может привести к куфру.
Автор: Муслим

РЕЗОЛЮЦИЯ Казан ш. Хәтер көн 15.10.2010 ел

РЕЗОЛЮЦИЯ

Казан ш. Хәтер көн 15.10.2010 ел

Без бүген 1552 елның октябрендә сөекле ватаннарын- Казан ханлыгын Мәскәү илбасарларыннан саклап шәһит булган борынгы бабаларыбызны искә алабыз.

Татар дәүләтен басып алу һәм Казан халкын кыру Россия империясенең басып алу сәясәтенең беренче адымы булды.

Үзенең дәүләтен югалткан татар халкы 458 ел буе империянең ассимиляция һәм руслаштыру сәясәтенә каршы тора. Бу көрәштә ул күпмилион улларын һәм кызларын югалтты. Мәскәү бүтән илләрне икейөзлек сәясәтен үткәрүдә гаепләсәдә, үзе шундый сәясәтне үткәрүче. Бүтән илләрне халыкларның хокукларын бозуда фаш итә, әмма ләкин үзе барлык халыкара кануннарны боза.

Бу кануннар: “Кеше хокукларының гомуми декларациясе”, “Берләшкән милләтләр оешмасының кол халыкларны деколонизация турында декларация”, “Региональ телләрне яклау һәм саклау турында Европа хартиясе”, “Милли азчылыкларны яклау турында конвенция – ЕТС157”.

Бу кануннарга совет һәм рус империяләре җитәкчеләре кул куйган бит. 2007 елның 12 сентябрендә кабул ителгән “Төп халыкларның хокуклары турында Берләшкән милләтләр Оешмасы декларациясенә” Россия кул куймады. Бу анлашыла, чөнки халыкара җәмәгатьчелеге рухи, мәдәни геноцид алып баручы, төп халыкларның табигый байлыкларнын талаучы Россияне халыкларның хокукларын бозуда гаепләргә мөмкин. Хәтта Россия Конституциясе халыкара хокук килешүләр нигезендә халыкларның хокукларын тәэмин итә.Мәгариф, фән, мәдәният мәсъәләләре Федерация һәм Федерация субъекты карамагына керә.

Бүгенге көндә республикалар бу хокуклардан мәхрүм ителгәннәр. Ничә еллар буе империя Россияне “яхшылыкка” алып баручы кануннар кабул итә, әмма ләкин алар Россия халыкларының һәлакәтенә китерә.

Бүгенге көндә Татарстанның табышы тулысынча диярлек тартып алына. Сәяси һәм икътисади тормышта “вертикаль” хөкем сөрә. Россия буенча 2000 артык татар мәктәпләре ябылды, Татарстанда һәм Башкортостанда укыту рус теленә күчерелгән. 309-нчы канунны бик тиз генә кабул итеп, милли мәгарифне һәм милли мәктәпне юк иттеләр. Әле исән калган татар мәктәпләре Бердәм Дәүләт Имтиханын татар телендә бирүдән мәрхүм ителгән.

Бердәнбер татар югары уку йорты, Дәүләт телевидение һәм радио комитеты, «Дулкын», «Тәртип» радиосы, Россиядәге татар радио, телевидение тапшырулары, гәҗитләр, журналлар юк ителә. Россия түрәләреннән «Федерация” дигән сүзне ишетептә булмый хәзер.

Россия 2008 елның сентябрендә Төньяк Осетиянең һәм Абхазиянең бәйсезлеген таныды, Көнбатыш илләр шулай ук Косовоны таныдылар.Бу халыкара хокукый нормаларга таянып эшләнде.Дәүләт суверенитеты турында декларацине кабул иткән, 1992 елның 21мартында бөтенхалык референдумы үткәргән Татарстан бәйсез дәүләт дәрәҗәсенә һичшиксез лаеклы.

Бу мәсъәләне демократик юллар белән чишеп була.Әмма ләкин Мәскәүдә Конституцияга каршы килә торган, илне унитар дәүләткә чигендерә торган проектлар әзерләнә.Метрополиянең башбаштаклыгына каршы чыгучы милли хәрәкәт юлбашчыларын эзәрлекләү бу сәясәтне раслый.Бер гаебе булмаган мөселмән яшьләрен шпионажда, терроризмда гаепләү, аларны эзәрлекләү моны күрсәтә.

1988 елдан башлап Идел буе халыклары Казан ханлыгын яклап һәлак булган шәһидләргә багышланган Хәтер көне үткәрәләр.1552 елның октябрендәге вакыйгалар һәм халыкның физик һәм рухи һәлакәте татар милләтенең фаҗигасе.Бу көн кайгы көнегенә түгел, ул бәйсез дәүләтне торгызу өчен туктаусыз көрәш башланган көн.Күп илләрнең рәсми календарларенда Хәтер көне күрсәтелгән,нигәдер Татарстанда һәм Россияда юк.Егерме ел буе хөкүмәт һәм президент шәһид булган бабаларыбызга һәйкәл куерга вәгъдә итәләр.Бүгенге көндә бу вәгъдәләр онытылды.

Хәтер көнендә таләп итәбез:

1. Татарстанның Дәүләт суверенитеты турында Деклларацияне һәм 1992 елның 21 март бөтенхалык референдумы нәтиҗәләрен тормышка ашырырга.

2. Россия һәм Татарстан Конституциясена, халыкара хокукка таянып тулы кыйммәтле татар мәгариф системасын торгызырга.

3. Милли хәрәкәт юлбашчыларын, дини оешмалар активистларын, бәйсез журналистларны эзәрлекләүне туктатырга.

4. Хәтер көнен Татарстан һәм Россия рәсми календарена ял көне итеп кертергә һәм бу көнне матәм һәм мәдәни чаралар уздырырга.

Бөтенхалык җыенында кабул ителде. 15 октябрь 2010 ел.

ИСЛАМОФОБИЯ. ОТ КРЕЩЕНСКИХ КОНТОР РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ ДО СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ

ИСЛАМОФОБИЯ. ОТ КРЕЩЕНСКИХ КОНТОР РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ ДО СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ

Антиисламская истерия, раздуваемая, в первую очередь сионистскими СМИ в мире, в том числе и в России, стала причиной обеспокоенности ООН.

Как известно в последнее время в Москве, да и в целом в России, идет бурное обсуждение вопроса о роли и месте мусульман в современной России, все больше склоняющейся к панславянизму и насаждению во всех сферах культа православия, как государственной идеологии.

Такие веяния в умах государственных мужей сразу же подхватывают всякого рода приспособленцы, держащие свой нос по направлению дуновения политических ветерков.

Одним из непримиримых в отношении права мусульман проживать в России неустанно выступает известный исламофоб, скромно называющий себя то "исламоведом", то "экспертом" в области ислама некий РОМАН СИЛАНТЬЕВ.

В своих выступлениях, представляясь т. н. "экспертом" он, как правило, изливает в адрес мусульман свои сфальсифицированные "экспертные факты". Методично дезинформирует власти, приводя в своих выступлениях искаженные данные о потребностях мусульман, количестве мечетей и о якобы имеющей место "исламской угрозе".

Он неистово призывает на мусульман, в особенности на молодежь, ни чем не оправданные репрессии правоохранительных органов, повсеместно вешая на них пресловутый ярлык "ваххабитов". И это он совершает не только в столице, но и в других регионах страны, куда постоянно ездит с выступлениями в качестве "эксперта" и "исламоведа".

Вот что пишут о его "авторитетных экспертных" выступлениях в прессе. "Известный исламовед (исламофоб) Роман Силантьев считает безосновательными недавние жалобы ряда мусульманских деятелей на нехватку мечетей в Москве. "Мне кажется, давно пора жестко пресечь все спекуляции на тему дискриминации мусульман в столице", - заявил Р.Силантьев".

А вот что он пишет, запугивая обывателей "исламской угрозой" в России: "Не следует думать, что обострение ситуации на Северном Кавказе чревато в худшем случае только потерей этого региона для России. Это очень оптимистичный сценарий. Ваххабиты не зря позиционируют себя последователями всемирной религии - им действительно нужен весь мир, а не только Кавказ. Поэтому они активно наращивают свое присутствие по всей России и вполне реально, что скоро будут убивать уже в Москве, Казани и Уфе".

И что говорит его словами Regions.Ru по вопросу нехватки мечетей в столице и строительства мечети в "Текстильщиках".
"Главная проблема не в том, сколько именно в Москве мусульман, а в том, что это за люди. Если бы они уважали культуру москвичей, православного большинства, конфликтов бы не возникало. Уровень радикализации столичных мусульман значительно выше, чем в среднем по стране. Многие московские мечети и мусульманские общины являются откровенным прибежищем экстремистов и террористов", - заявил Роман Силантьев в интервью Regions.Ru, комментируя межрелигиозную ситуацию в российской столице.

Тема взаимодействия православной и исламской общин России, неизменно возникла и на презентации "Фонда памяти священника Даниила Сысоева", застреленного неизвестным в его церкви. "Идея фонда заключается в максимально полной реализации всех проектов и идей отца Даниила", - сообщила вдова экстремиста - миссионера.

Отметим, что главным направлением деятельности погибшего священника была кампания по чернению истории кавказских мусульман, которых он, в своей книге называл предками предателей, а также потуги дискредитировать Досточтимый Коран и неуклюжие попытки обращения мусульман в православие.

Роман Силантьев, по мнению многих, кто отслеживает современные тенденции, связанные с распространением религиозной и национальной нетерпимости в России, является на сегодня "достойным" приемником погибшего "отца" Даниила во всех вышеперечисленных сферах.

Но как бы там не было с оценкой его умственных способностей, явно проявляющихся при внимательном рассмотрении выражения его лица, особенно во время его выступлений, с полной уверенностью его можно отнести к одним из самых одиозных личностей, ведущих непримиримую оголтелую информационную войну против мусульман России.

И вот по этой проблеме, грозящей, с подачи ультра-националистов и всякого рода лжеисламоведов и экспертов, вылиться в глобальный конфликт между народами, проживающими на общей территории многонациональных государств, высказался Генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун. Он выразил серьезную обеспокоенность "опасной тенденцией" нетерпимости по отношению к мусульманам.

Выступая на заседании Европарламента в Страсбурге, генсек ООН назвал необоснованными высказывания ряда политиков, обвиняющих мусульман в неприятии и подрыве современных европейских ценностей.

"Некоторые играют на страхах людей. Обозначилась опасная тенденция обвинения иммигрантов в подрыве европейских ценностей, хотя по большей части те, кто обвиняют иммигрантов, сами же и подрывают эти ценности", - сказал Пан Ги Мун.

Он добавил, что сегодня главной мишенью стереотипов, затмевающих разум и порождающих ненависть, стали люди, исповедующие религию Ислам, и что Европа не может себе этого позволить.

В своем выступлении Пан Ги Мун попросил Европейский Союз проявить решимость не только в вопросах иммиграции, но и в борьбе с крайней нищетой и другими глобальными вызовами, сообщает агентство PressTV.

Это наставление генсека ООН как никогда важно и для России, когда некоторые недальновидные политики, вслушиваясь в речи невежественных в этой области "экспертов", совсем не оправдано пытаются представить Российскую Федерацию как моноконфессиональную и мононациональную православную державу "братских славянских народов", забывая о многомиллионном присутствии мусульман, проживающих на своих исконно национальных исторических территориях.

http://muslims-org.blogspot.com/




СЛОВО ИСЛАМА - независимое исламское информационное издание
http://muslims-org.blogspot.com/

ТАТАРАМ 4700 ЛЕТ !

ТАТАРАМ  4700 ЛЕТ !

В.МИРЗАЯНОВ.

СЕНСАЦИЯ:  ТАТАРСКОЙ ИСТОРИИ 4700 ЛЕТ!

В настоящее время работаю над переводов отрывков из книги профессора университета Колумбия в Нью-Йорке Ф. Хирца "THE ANCIENT HISTORY OF CHINA. TO THE END CHOU DYNASTY. Так, автор, основываясь на древних китайских записях пишет: "Различные названия, под которыми эти северные и западные соседи китайцев упоминаются во время раннего периода истории, должны быть вариациями в транскрипции одного и того же названия Hun или Hunnu. Таким образом мы находим Hun-yь, упомянутые как племя на северной границе, против которого император Huang-ti, полагается, воевал в двадцать седьмом веке д.н.э. (подчеркнуто мной – В.М.). Позднее название стало Hiйn-yьn, обозначение в использовании для представления термина Hiung-nu в третьем веке д.н.э."
Перевод отрывков планирую выставить на данном сайте в ближайшее время.
P.S. Этот дурацкий редактор моего сайта искажает французские транскрипции названий гуннов, за что приношу извинения. Возможно, мне следует в будущем использовать фотокопии.
Для меня это не сенсация...
Но для 99.999 процентов татар и другим таким оно и является!..
Ссылка только из одной книги...
Собрание сведений о народах, обитавших в Средней Азии в древние времена. Бичурин Н.Я.
(ОТРЫВКИ)

ВВЕДЕНИЕ К ПЕРВОЙ ЧАСТИ.

/I/ Первая часть содержит в себе историю древних среднеазийских народов одного монгольского племени; племена тунгусов и Тюрков отделены к второй и третьей части. Монголы, по сопредельности с Китаем, издревле имели связи с государством сим, но китайские историки не обращали внимания на них; почему образ древнего правления у монголов, их народные обычаи, порядок господствовавших у них поколений долго оставались неизвестными. Китайские историки заметили только, что Шунь-вэй, сын последнего государя из династии Хя, удалившийся в Монголию в 1764 году до Рождества Христова, почитается основателем первой монгольской династии Хунну. Уже в начале третьего столетия, когда Хунны сильно потрясли Срединное царство, китайцы узнали, что монголы незадолго пред тем временем находились под верховною властью двух единоплеменных Домов, хунну и Дун-ху. Хунну, по азиатским историкам Дом Могулл-хана, царствовал в западной половине Монголии; орда его стояла под Хангаем (близ Орхона); /II/ владения его простирались от Калгана к северу за Байкал, к западу до Тарбагатайских гор. Дун-ху, по азиатским историкам Дом Татар-хана, господствовал в восточной Монголии; орда его находилась в средоточии сей страны (в Карцинь); владения его простирались на запад до Калгана, на север до Хинганского хребта. Дун-ху, по выгодному положению занимаемой им страны, в силе превосходил хуннов; но по излишней самонадеянности, в 209 году пред Рождеством Христовым неожиданно пал под сильным ударом хуннов. Потомки обоих сих Домов взаимно возвышались и упадали, и сим образом в двух линиях попеременно господствовали в Монголии тринадцать столетай. В продолжение столь длинного периода из Дома Хуннов произошли Жужань, Дулга [Тукюэ], Ойхор [Хойху]; из Дома Дун-ху произошли Ухуань, Сяньби, Кидань; Муюн и Тоба считались отраслями Дома Дун-ху. С падением Дома Кидань пресеклась первая монгольская династия Хунну, продолжавшаяся в родовых поколениях с 1864 года до Р. Х. до 1115 года по Р. Х. Место его, после краткого промежутка (31 года) заступил Дом Монгол, доныне продолжающийся в поколениях монгольских князей.
С третьего столетия пред Рождеством Христовым до осьмого столетия по Р. Х. азиатские историки в главном, /III/ относящемся до древних событий в Средней Азии, согласны с китайцами. Известно, что китайская история писана и пишется правительством с актов и фактов современных. В этом отношении очень любопытно знать, из каких источников азиатские историки заимствовали свои сведения о древних событиях? или они сами писали, основываясь на заключениях, выводимых из соображения исторических данных, современных описываемым событиям? Основательное исследование сих двух вопросов может прояснить древнюю историю Азии; но при исследовании должно быть устранено указание на созвучие и авторитеты. Первое почти всегда обманчиво, а последние сами требуют тщательной поверки.

ОТДЕЛЕНИЕ I

ХУННУ

/1/ Сие отделение извлечено из исторических записок; и заключает в себе события 1)от древних времен Дома Хуннов до его возвышения, в 209 году пред Р. Х.; 2) от возвышения до его подданства Китаю в 57 году пред Р. Х.; 3) от подданства до его разделения на Домы южный и северный, в 25 году по Р. Х.; 4) от возвышения южных хуннов до их падения, в 215 году.

I. ОТ ДРЕВНИХ ВРЕМЕН ДОМА ХУННОВ ДО ЕГО ВОЗВЫШЕНИЯ, В 209 ГОДУ ПРЕД Р. Х.

[Шицзи, гл. 110]

Предок хуннов 28 был потомок Дома Хя-хэу-шы, 29 по имени Шунь-вэй. Еще до времен государей Тхан и Юй 30 находились поколения Шань-жун, Хяньюнь и /2/ Хуньюй. 31 Обитая за северными пределами Китая, переходят со своим скотом с одних пастбищ на другие. Из домашнего скота более содержат лошадей, крупный и мелкий рогатый скот; частью разводят верблюдов, ослов, лошаков [40] и лошадей лучших пород. Перекочевывают с места на место, смотря по приволью в траве и воде. Не имеют ни городов, ни оседлости, ни земледелия; но у каждого есть отделенный участок земли. Письма нет, а законы словесно объявляются. Мальчик, как скоро может верхом сидеть на баране, стреляет из лука пташек и зверков; а несколько подросши стреляет лисиц и зайцев, и употребляют их в пищу. Могущие владеть луком все поступают в латную конницу. Во время приволья, по обыкновению следуя за своим скотом, занимаются полевою охотою, и тем пропитываются; а в крайности каждый занимается воинскими упражнениями, чтобы производить набеги. Таковы суть врожденные их свойства. Длинное их оружие есть лук с стрелами, короткое оружие сабля и копье. 32 При удаче идут вперед; при неудаче отступают, и бегство не поставляют в стыд себе. Где видят корысть, там ни благоприличия, ни справедливости не знают. Начиная с владетелей, все питаются мясом домашнего скота, одеваются кожами его, прикрываются шерстяным и меховым одеянием. Сильные едят жирное и лучшее; устаревшие питаются остатками после них. Молодых и крепких уважают; /3/ устаревших и слабых мало почитают. По смерти отца женятся на мачехе; по смерти братьев женятся на невестках. Обыкновенно называют друг друга именами; прозваний и проименований не имеют. 33
Историческое пояснение. Хя-хэу-шы, есть историческое прозвание царей первой китайской династии Хя. Хя-хэу значит царь из дома Хя, шы значит прозвание; от слова в слово: по прозванию Хя-хэу. Цзе-кхой, последний государь из сей династии, умер в ссылке в 1764 году до Р. Х. Сын его Шунь-вэй в том же году со всем своим семейством и подданными ушел в северные степи, и принял образ кочевой жизни. Китайская история полагает сего князя праотцем владетельных Монгольских Домов.
При упадке закона 34 в Доме Хя, Гун-лю лишен был должности главного попечителя земледелия. 35 Он претворился в западного жуна, и построил городок Бинь. По прошествии слишком 300 лет Жун-ди стали нападать на [41] Большого Князя Шань-фу. 36 Шань-фу бежал к горе Цишань. Жители страны Бинь последовали за Шань-фу, и построили город, чем положили основание Дому Чжеу.
Историческое пояснение. После великого, известного по истории, наводнения в Китае, князь Ги, сотрудник князя Юй, за восстановление земледелия получил, в 2277 году до Р. Х., наследственную должность главного попечителя земледелия под названием Хэу-ги. Гун-лю, потомок его в десятом колене, лишенный сей должности, удалился в страну Бинь, где /4/ поселившись в соседстве с Жун-ди, переменил оседлую жизнь на кочевую. Это случилось в 1797 году до Р. Х. Шань-фу, потомок его, теснимый теми же Жунами, из Бинь переселился к горе Цишань, в 1327 году до Р. Х.
Еще по прошествии около 200 лет Си-бо Чан воевал поколение Гуань-и, 1140. 37 После сего [1140] по прошествии 10 лет Ву-ван, низвергнув Чжеу-синь, основал город Ло-и; опять поселившись в Фын-хао он прогнал Жун-и от Гин и Ло 38 на север. По временам Жун-и представляли дань под названием степной повинности, хуан-фу.
Историческое пояснение. Си-бо Чан от слова в слово: западный управляющий Князь Чан; это наместник западной половины Китайской империи и впоследствии основатель династии Чжеу. В. [великий] князь Вынь-ван. Ву-ван был сын его, получивший престол империи после династии Шан, в 1122 году до Р. Х. Ганму [из Тунцзянь-ганму].
По прошествии 200 лет закон Дома Чжеу начал ослабевать. В. [Великий] князь Му-ван ходил воевать поколение Гуаньжунов; получил от них четыре волка белых и четыре оленя белых и возвратился. С этого времени степные повинности прекратились. По прошествии около 200 лет после Му Ван, В. [Великий] князь из Дома Чжеу Ю-ван принял к себе наперстницу Бао-сы, и чрез то рассорился с князем Шень-хэу. 39 Шень-хэу рассердился и, соединившись с Гуань-жунами, [771] напал на В. [Великого] [42] князя /5/ Ю-ван, и убил его у горы Ли-шань, 40 771 г. Вследствие сего Гуань-жуны заняли страну Цзяо-ху, принадлежавшую Дому Чжеу, засели между реками Гин и Вэй-шуй, и продолжали утеснять Срединное царство. Сян-гун, князь удела Цинь, 41 подал [770] помощь Дому Чжэу; почему Пьхин-ван оставил, 770, Фын-хао и переселился на восток в Ло-и. В сие время Сян-гун, прогнав Жунов до Ци-шань, впервые встал в ряду удельных князей. 42 По прошествии 65 лет Горные Жуны перешли через удел Янь, и произвели нападение на удел Ци. Хи-гун, князь удела Ци, имел сражение с ними под стенами [706] своей столицы, 706. Еще по прошествии 44 лет Горные Жуны произвели нападение на удел Янь. Князь сего удела просил помощи в уделе Ци. Хуань-гун, князь удела Ци, пошел на север против Горных Жунов. Горные Жуны ушли.
[662] Историческое пополнение. В 662 году Жуны произвели набег на удел Хин: но глава Сейма князь Хуань-гун ускорил помощью. В 660 г. Жуны простерли набеги до Желтой реки, разорили удел Вэй, и самого князя убили. В 650 году они завоевали удел Вынь, которому В. [Великий] князь не подал помощи в свое время. В 644 году произвели набег на удел Цзинь, коего князь был главою Имперского союза. В 642 году, когда князь удела Ци был разбит соединенными войсками Имперского союза, Жуны приняли . сторону князя, и в пользу его произвели нападение, на удел Вэй. Ганму [из Тунцзянь-ганму].
/6/ Еще по прошествии двадцати лет Жун-ди пришли к городу Ло-и, и напали на В.[Великого] князя Сян Ван.В.[Великий] князь бежал в Фань-и, городок удела Чжен. За год пред [637] сим В. [Великий] князь Сян Ван, замышлял войну с уделом Чжен, 637, почему женился на княжне из поколения Жун-ди, и соединившись с сим поколением воевал Чжен: но вскоре после сего выслал от себя в. [Великую] княгиню. Княгиня огорчилась. Мачеха В. [Великого] князя Сян-Ван, именуемая Хой-хэу, хотела возвести сына своего князя Дай: почему Хой-хэу, В. [Великая] княгиня из Дома Жун-ди и князь Дай приняли сторону Жун-ди в столице, и отворили ворота им. Сим образом [43] Жун-ди вошли в столицу, изгнали В. [Великого] князя Сян Ван, и князя Дай [636] поставили Сыном Неба, 636. Вследствие о Жун-ди засели в Лу-хунь, 43 на восток простерлись до удела Вэй, 44 грабили Срединное государство. Срединное государство страдало. 45 В. [Великий] князь Сян Ван, прожив четыре года вне своих владений, наконец отправил посланника просить помощи в уделе Цзинь. Вынь Гун, князь сего удела, только что по вступлении на престол начал домогаться первенства на Сейме. Собрав войско, он выгнал Жун-ди, казнил князя Дай, и ввел В. [Великого] князя Сян Ван в Ло-и. В это время уделы Цинь и Цзинь считались уже сильными государствами. Вынь Гун, князь удела Цзинь, прогнал Жун-ди, поселившихся в Хэ-си между рек Инь-шуй и Ло-шуй, 46 под названиями Чи-ди и Бай-ди. Му-гун, /7/ князь удела Цинь, привлек к себе Ююй, и восемь владений западных даунов добровольно покорились Дому Цинь: по сей причине от Лун на запад находились поколения Гуньчжу, Гуань-жун, Ди-вань, 47 от гор Ци и Лян, от рек Гин-шуй и Ци-шуй на север находились жуны поколений Икюй, Дали, Учжы 48 и Сюйянь; 49 от удела Цзинь на север находились жуны поколений Линьху и Лэуфань; 50 от удела Янь на север находились поколения Дун-ху и Шань-жун. 51 Все сии поколения рассеянно обитали по горным долинам, имели своих государей и старейшин, нередко собирались в .большом числе родов, но не могли соединиться.
Историческое пополнение. Шань-жун, в переводе Горные Жуны, есть название монгольского поколения, до второго века пред Р. Х., обитавшего на землях занимаемых ныне Аймаками Аохань, Наймань и Корцинь. Сие же поколение называемо было Бэй-жун, северные Жуны. Шань гора, Бэй [44] север суть китайские слова. От них на запад до Чахара обитали Дун-ху, что значит восточные Ху. Древняя китайская история когда слова Жун и Ху придает к племенам, обитавшим на севере Китая, то разумеет одних монголов; а когда применяет сии названия к народам на западе Китая, то под словом Жун разумеет Хухэнорских тангутов, а /8/ под словом Ху разумеет племена тюркского и персидского семейства. Жун-и, Гуань-и и другие поколения, ниже приводимые, кочевали в нынешней китайской губернии Гань-су, и состояли из монголов, перемешавшихся с тангутами; почему в истории Тибета и Хухэнора сии же самые поколения признаются тангутскими. Но здесь, так как ниже и в других поколениях монголы составляли главную силу: почему история и причисляет их к составу монгольского народа. Самый побег их от Желтой реки на север к Ордосу обличает в них монголов: потому что в это время главные силы монголов находились в Ордосе и на восток от Ордоса. Тангутские поколения, напротив, поражаемые китайцами, всегда отступали к Хухэнору, как к средоточию сил их.
После сего еще по прошествии ста лет Дао-гун, князь удела Цзинь, заключил мир с поколением жун-ди, [569] 569. Жун-ди явились к его Двору.
Еще по прошествии ста лет Сян Цзы, князь из удела Чжао, перешел Гэу-чжу и разбил войско удела Цзинь, овладел страною Дай, и сблизился с поколением Сумо; потом, соединившись с уделами Хань и Вэй, покорил удел Цзинь, и разделили земли сего удела между собою. По сему разделу удел Чжао получил земли от Дай и Гэу-чжу на север, удел Вэй приобрел Си-хэ и Шан-гюнь, в смежности с жунами. После сего Икюйские жуны, для ограждения себя, построили города, которые удел Цинь исподволь покорил себе. Впоследствии Хой Ван, В. [Великий] князь удела Цинь, взял у Икюйцев 25 городов, потом воевал с уделом Вэй, и отторгнул у него Си-хэ и Шан-гюнь. В царствование Чжао Ван, В. князя из Дома Цинь, владетель Икюйских жунов вступил в любовную связь с вдовствующею великою княгинею Сюань /9/ Тхай-хэу; 52 и беззаконно прижил с нею двух сыновей: но Сюань-тхай-хэу 53 коварно убила владетеля Икюйских жунов в дворце Гань-цюань: в след за сим отправлено войско в Икюй, и [45] царство сие уничтожено. Сим образом Дом Цинь приобрел Лун-си, Бэй-ди и Шан-гюнь, и для ограждения себя ют Ху построил Долгую стену. [307] Ву-лин В. [Великий] князь из Дома Чжао, в 307 году ввел в своих владениях одеяние кочевых ху, и начал обучать своих подданных конному стрелянию из лука. Он разбил на севере поколения: Линьху и Лэуфань, построил Долгую стену при подошве хребта Инь-шань от Дай и Бан до Гао-кюе и открыл области Юнь-чжун, Яй-мынь и Дайгюнь. После сего в царстве Янь явился искусный полководец Цинь Кхай, бывший заложником у ху. Ху возымели большую доверенность к нему. Цинь Кхай, по возвращении в отечество, внезапным нападением разбил дун-ху и распространил владения Дома Янь на 1.000 ли. Цинь Вуян с Цин Кхэ заколовший В. [Великого] князя царства Цинь, был внук полководца Цинь Кхай. Дом Янь также построил Долгую стену, простиравшуюся от Цзао-Ян 54 до Сян-пьхин 55 и для защиты от ху открыл области: Шан-гу, Юй-ян, Ю-бэй-пьхин, Ляо-си и Ляо-дун. В сие самое время Китай разделился на семь взаимно враждебных царств, и три из них /10/ граничили с хуннами. Далее при жизни Ли Мэу, полководца в царстве Чжао, хунны не смели вторгаться в пределы сего царства. Впоследствии, когда Дом Цинь покорил прочие шесть царств, Шы-Хуан-ди отправил на север против ху полководца Мын Тьхянь с 100.000 войска. Мын Тьхянь обратно завоевал Ордос, и положил Желтую реку границею; построил по берегу реки 44 уездных города, и населил их гарнизонами из преступников; провел прямую дорогу от Гююань до Юнь-ян; исправил в пограничных горах, где возможность дозволяла, отвесные ущелья от Линь-[214] тхао на северо-восток до Ляо-дун почти на 10.000 ли; 214. Наконец перешел за Желтую реку, и занял Бэй-гя у гор Ян-шань.
Дегинева история о хуннах, тюрках и монголах и Клапротовы Записки об Азии от начала до конца наполнены превратными понятиями о древних народах монгольского племени: потому что ни Дегинь, ни Клапрот не читали китайской истории во всей ее обширности; почему и то, что читали без связи в целом, не все ясно и правильно понимать могли.

Комментарии

28 Хунну есть древнее народное имя монголов. Китайцы, при голосовом переложении сего слова на свой язык, употребили две буквы: Хун злой, ну невольник. Но монгольское слово Хунну есть собственное имя, и значения китайских букв не имеет.
29 В Хань-шу Инь-и, замечания на историю Дома Хань, сказано: Хун-ну Шы-Цзу: что зн. родоначальник хуннов.
30 Тхан есть государь Яо, Юй есть государь Шунь, прозванные так от уделов, вначале им данных. Первый вступил на престол империи в 2357, второй в 2255 году до Р. X.
31 Цаинь Чжо пишет: “во времена государя Яо назывались Хунь-юй, при династии Чжеу Хяньюнь, при династии Цинь Хунну”; т. е. Хуньюй, Хяньюнь, и Хунну суть три разные названия одному и тому же народу, известному ныне под названием монголов.
32 Короткое копье с железною ручкою, по-кит. Шянь.
33 В Истории династии Хань сказано: Шаньюй прозывается Луань-ди.
34 Под законом дао разумеется порядок и благоустройство в государств[енном] управлении.
35 Сюй Гуан пишет: это праправнук князя Хэу-ги.
36 Сюй Гуан пишет: потомок князя Гун-лю в девятом колене.
37 Шы гу пишет: Си-бо Чан есть Вынь-ван, Гуань-и суть Гуань жуны; еще называются Гуань-и [в китайском написании разные иероглифы].
38 Название двух рек. См. в Географ, указателе Ло-шуй и Гин-шуй.
39 Шень-хэу кит. слова, знач. Шень-князь, т. е. князь удела Шень. В. [Великий] князь был женат на его дочери, которую оставил для наперстницы Бао-сы.
40 Вэй-шйо пишет: после Жуны поселились при этой горе и потому были названы Ли-жун.
42 Сян есть имя, Гун название княжеского достоинства, полученного им за отражение Жунов.
42 Составлявших имперский Сейм, членами коего были только ближайшие родственники великокняжеского Дома и потомки древнейших китайских государей.
43 Сюй Гуан пишет: Лу-хунь еще назывался Лу-и, т. е. городок Л у.
44 Вэй-хой-фу в губ. Хэ-нань.
45 Здесь опущено пять стихов из Мао-шы, из коих видно, что Монголы были прогнаны от Желтой реки на север до Ордоса.
46 Сюй Гуан пишет: Ин в Си-хэ, Ло протекает между Шан-тюнь и Пхын-юй.
47 Сии три поколения обитали в областях Гун-чан-фу и Лань-чжеу-фу и принадлежат к смешанным монголо-тангутским поколениям.
48 Сюй Гуан пишет: в Ань-дин.
49 Сюй Гуан пишет: в Бэй-ди.
50 Линьгу и Лэуфань кочевали на землях от Ордоса на восток, столица Лэуфаньского князя находилась в городке, лежавшем в 40 с небольшим ли от города Дай-чжеу на восток.
51 Шы-гу пишет, что поколения Дун-ху и Шань-жун суть предки Дома Ухуань, впоследствии сделавшегося известным под названием Сяньби.
52 Фу Цянь пишет: с матерью В. [Великого] князя Чжао Ван.
53 Сюань есть посмертное наименование, Тхай-хэу вдовствующая государыня.
54 Хань Чжао пишет: название места в Шан-Гу.
55 Три звена древней Великой стены, основанные тремя царствами: Цинь, Чжао и Янь задолго до построения Великой стены полководцем Мын Тьхань, простирались от юго-восточного угла Ордоса на восток до реки Ляо-хэ. Два западные звена лежали по южную сторону гор, окружающих Ордос, по направлению левого берега Желтой реки.
ЕЩЕ СКАЖУ ЧТО ИМЯ И САМОНАЗВАНИЕ "ХУН" означает "человек или люди" которое и сегодьня, например у монголов...
А КАКИМ ЯВЛЯЕТЬСЯ СМЫСЛ ИМЕНИ "ТАТАР" УЖЕ БЫЛО ПОЯСНЕНО В ПУБЛИКАЦИЯХ... КАК ВИДЕЛИ ОНО ИМЯ ОДНОГО ИЗ БЛИЗНЕЦОВ КОТОРОЕ ИМЕЛО "ДАЛЕКО" ИДУЩИЙ СМЫСЕЛ "ДЕРЖАТЬ" т.е. ДЕРЖАТЬ СТРАНУ, НАРОД И ВЛАСТВОВАТЬ! ЭТО МОЖЕТ СКАЗАТЬ КАЖДЫЙ, "НЕМНОГО" ХОРОШО ЗНАЮЩИЙ ТАТАРСКИЙ ЯЗЫК...А КАК СМЫСЛ "МОНГОЛ"А ? КОГДА ДАЛИ ТАКОЕ ИМЯ ВТОРОМУ БЛИЗНЕЦУ? ОНО ОЗНАЧАЕТ "ВЕЧНЫЙ НАРОД" или СТРАНА ОТ ТАТАРСКОГО МӘҢГЕ ИЛ !...ТО ЕСТ ВСЕ БЫЛО ОЧЕНЬ МУДРО, СО СМЫСЛОМ НА ВЕКА...НО МЫ...МЫ СЕЙЧАСЬ НИЧЕГО НЕ ДЕРЖИМ, ТОЛЬКО ОТДАЕМ...
А ТАТАРАМ,В САМОМ ДЕЛЕ,ИЛИ ХУННАМ, ИХ ПРЕДКАМ, ЕЩЕ БОЛЬЩЕ ЛЕТ...

Нужны ли Москве новые мечети?

Нужны ли Москве новые мечети? http://echo.msk.ru/programs/klinch/717502-echo.phtml

Дата :	12.10.2010 20:07
Тема :	Нужны ли Москве новые мечети?
Передача :	Клинч
Ведущие :	Ольга Бычкова
Гости :	Орхан Джемаль, Елена Чудинова

О.БЫЧКОВА: Добрый вечер, добрый день, это программа «Клинч» в студии телекомпании RTVi и радио «Эхо Москвы», Ольга Бычкова. Сегодня мы планировали говорить о том нужны ли Москве новые мечети, - события последних дней, последних недель навели нас на эту тему. Это дискуссия, которая то затухает, то разворачивается вновь в обществе, в то числе, в Москве – с одной стороны, московские мусульмане жалуются на то, что им не хватает существующих в Москве мечетей, с другой стороны другие москвичи выступают против строительства новых мечетей – например, как это происходит в московском районе Текстильщики, где противостояние уже чуть ли не в силовые фазы переходит.



Мы планировали, что в программе «Клинч» у нас будет Елена Чудинова, автор книги «Мечеть Парижской Богоматери» - с позиции, что новые мечети Москве не нужны и обозреватель журнала «Русский Ньюзуик» Орхан Джемаль, который считает, что наоборот, нужны. Но не можем мы сейчас сказать, где у нас Елена Чудинова - будем надеяться, что она на этот эфир все-таки придет. Ну что, мне тогда придется выступить с противоположной стороны – потому что, конечно, вопросы есть на эту тему, что и говорить. И будем надеяться, что Елена Чудинова до нас доберется.

Итак, сколько мечетей на самом деле в самом идеальном варианте нужно было бы московским мусульманам, по-вашему? Действительно их сильно не хватает?

О.ДЖЕМАЛЬ: То, что не хватает – безусловно. Потому что в Москве есть 4 мечети - в Отрадном, на Проспекте Мира, историческая мечеть на Павелецкой и на Поклонной горе. Но для того, чтобы понять, сколько их нужно на самом деле, нужно понять, сколько в Москве мусульман - причем речь идет о практикующих мусульманах, а не выходцах из мусульманских регионов.

О.БЫЧКОВА: То есть, люди, которые действительно будут приходить, молиться, и делать все, что положено.

О.ДЖЕМАЛЬ: Может быть, не каждый день, но хотя бы эпизодически. Последняя перепись 2002 г, я ее пересмотрел перед эфиром, дает очень небольшие цифры – там нет конфессиональных данных, там этнические данные, но по этническим данным там тоже небольшие цифры, явно заниженные.

О.БЫЧКОВА: Какие, например?

О.ДЖЕМАЛЬ: Там речь идет о полутора процентах азербайджанцев, о полпроценте татаро-башкир.

О.БЫЧКОВА: То есть, это очень примитивно.

О.ДЖЕМАЛЬ: В целом там речь идет о том, что в Москве мусульманское население не превышает 3-5%, что вне всякого сомнения не может быть.

О.БЫЧКОВА: Почему не может быть?

О.ДЖЕМАЛЬ: Потому что на самом деле в Москве живет огромное количество азербайджанцев, из Азербайджана – когда это была советская республика, там было 6 млн, сейчас там осталось 3 млн. Половина находится в России – то есть, 3 млн, из этой половины половина в Москве.

О.БЫЧКОВА: Говорят, до миллиона в Москве азербайджанцев.

О.ДЖЕМАЛЬ: Думаю, более миллиона. Несколько сот тысяч выходцев с Северного Кавказа. Порядка миллиона гастарбайтеров избывших советских среднеазиатских республик. В целом, я думаю, если говорить о реальной цифре этнических мусульман, речь может идти о 2-3 млн человек.

О.БЫЧКОВА: Из них реально верующих?

О.ДЖЕМАЛЬ: Это трудно сказать, это требует специального исследования, но примерно половина из них, может быть, треть – реально практикующих, а для остальных мечеть тоже нужна, но она нужна, может быть, не в регулярном формате, а по большим праздникам. Есть два главных мусульманских праздника, это Курбан Байрам и Ураза Байрам, и вопрос с мечетями стал как раз на Уразу Байрам в этом году, когда коренные москвичи были поражены количеством мусульман. стекавшимся на праздник к мечетям, когда все было запружено , когда появились фотографии, как целые улицы перекрыты молящимися.

О.БЫЧКОВА: Количество людей, которые были на этих улицах, оценивалось в несколько десятков тысяч.

О.ДЖЕМАЛЬ: Может быть. Я не знаю, во сколько оценивалось, но это вызвало некий шок

О.БЫЧКОВА: Конечно, такая огромная масса людей.

О.ДЖЕМАЛЬ: В интернете запестрели такие заголовки: «Москва превращается в Москвабад», и так далее. Понятно, что мечетей не хватает.

О.БЫЧКОВА: Хочу обратиться к нашим зрителям и помочь мне представить противоположную сторону в этом «Клинче» - 970-45-45 – это номер для ваших СМС. Нам нужно высказать мнение, задать вопросы и выразить несогласие с позицией Орхан Джемаля, если у кого-то такое несогласие есть. И если не придет Елена Чудинова, я буду ваши вопросы задавать.

О.ДЖЕМАЛЬ: Для того, чтобы понять, сколько нужно мечетей на эти миллионы…

О.БЫЧКОВА: Нет, не на миллионы – мы остановились на десятках или сотнях тысяч.

О.ДЖЕМАЛЬ: Сотни тысяч регулярно практикующих, тем, кому мечеть нужна хотя бы раз в неделю, по пятницам. Но допустим, в Иране одна христианская церковь приходится примерно на 750 прихожан-христиан – в основном это армяне, принадлежащие к Грегорианской церкви. В Пекине, где мусульман значительно меньше, чем в Москве, 70 мечетей.

О.БЫЧКОВА: А почему там должно быть заведомо меньше? Там вообще больше людей, там всего больше. Там другие цифры вообще.

О.ДЖЕМАЛЬ: Но мусульман при этом меньше.

О.БЫЧКОВА: Может быть, там процент меньше, а людей все равно получится больше.

О.ДЖЕМАЛЬ: Тут я не готов спорить, но там 70 мечетей. При этом я пока исхожу из того, что мечеть является таким социальным общественным учреждением, которое в принципе, с точки зрения городской инфраструктуры, ничем не отличается от детского сада, школы – вот есть какое-то количество людей, им потребно такое-то количество религиозных учреждений.

О.БЫЧКОВА: Так в Москве сколько должно быть? Сейчас есть 4.

О.ДЖЕМАЛЬ: Думаю, что нужно исходить из того, что одна мечеть необходима для 2-3 тысяч мусульман, то есть, я думаю, что речь идет не менее о ста мечетях.

О.БЫЧКОВА: Елена Чудинова появилась в нашей студии. Добрый вечер. Спасибо, что вы до нас доехали.

Е.ЧУДИНОВА: Прошу прощения за опоздание - это чудовищные московские пробки.

О.БЫЧКОВА: Лучше поздно, чем никогда. Мы говорим о том, нужны ли Москве новые мечети. Мы говорили о том, какое количество мусульман существует в Москве и какое количество мечетей должно этому количеству соответствовать.

Е.ЧУДИНОВА: И сколько же?

О.БЫЧКОВА: Орхан сказал, что по количеству мусульман в Москве должна быть сотня мечетей против сегодняшних 4.

Е.ЧУДИНОВА: Какое количество мусульман в Москве?

О.ДЖЕМАЛЬ: Я называл цифру порядка 2-3 миллионов мусульман – это реальная цифра, значительно отличающаяся от переписи 2002 г.

Е.ЧУДИНОВА: По исследованиям моего хорошего знакомца, исламоведа Романа Силантьева – не более 400 тысяч, причем учитывая всех, в том числе и тех, кто находится в Москве нелегально и едва ли имеет право выставлять требования нашим властям.

О.БЫЧКОВА: Сколько нужно на 400 тысяч мечетей?

Е.ЧУДИНОВА: Учитывая тех, кто нелегально, вполне достаточно тех, что есть. Потому что поймите, мы под кого сейчас устраиваем ситуацию? Под сегодняшнее население, или под население завтрашнего дня, если, конечно, нам такой завтрашний день нужен. Потому что сначала к нам привозят людей, незаконно привозит людей, потом эти люди выдвигают свои проблемы, я даже не могу их за это осудить - это вполне понятно по-человечески, но в результате происходит то, что происходит по всей Европе уже давно, а именно – Москва теряет облик европейского города, который всегда был ей присущ.

О.ДЖЕМАЛЬ: У Лены есть логическая ловушка – если брать цифру Силантьева в 400 тысяч – кстати, это даже меньше, чем по переписи 2002 г., то непонятно, откуда берется беспокойство о потере облика Москвы, потому что 400 тысяч это капля в море тех 10 с лишним миллионов, которые в Москве проживают – по переписи 2002 года.

Е.ЧУДИНОВА: Ловушки нет. Вы знаете такую русскую сказку - про Лисичку со скалочкой - сегодня 400 тысяч, завтра будет, если эти 400 тысяч удовлетворены, завтра будут 4 млн, - может быть вы слышали, что Каддафи, когда был в Италии недавно, так прямиком и заявил, - что ваше время кончилось, мы здесь будем устанавливать свою религию, а вы приспосабливайтесь. Вас, как сторону, которая участвует в этом процессе, я могу понять.

О.ДЖЕМАЛЬ: Процессе опускания Италии Каддафи?

Е.ЧУДИНОВА: Нет , в процессе «опускания», как вы изволили выразиться, всей Европы до уровня Еврабии, что лично меня не устраивает как европейку и как представительницу христианской цивилизации, что по сути, одно и то же.

О.ДЖЕМАЛЬ: Не знаю насчет того, насколько я не европеец.

Е.ЧУДИНОВА: Европеец суть христианин – это однозначно.

О.ДЖЕМАЛЬ: Если с такой точки зрения подходить, то, конечно же, я не европеец, поскольку не христианин. Но отметил бы следующее - мусульманская община в Москве насчитывает 700 лет. Мечети в Москве появились в начале 19 века, и никого они в те времена, когда существовал слоган «Самодержавие, православие, народность», они не тревожили. Более того, ислам довольно удачно вписывался в общую политику России, Николай Второй очень любил вспоминать о том, что разгром Железной дивизии на фронтах Первой мировой войны учинили ингушские и чеченские полки. Ну а вас это тревожит.

Е.ЧУДИНОВА: Решительно с вами согласна – в Российской империи было все в порядке. Но та мечеть, которая была тогда, вполне удовлетворяла существовавшее тогда мусульманское население, некую мусульманскую диаспору. Ислам входил в часть Российской империи, но мусульмане в целом жили по местам своего компактного проживания, где и строились новые мечети. Когда они интегрировались в христианские города, то им предоставлялись какие-то условия, но при доминанте православия. Не будем ссылаться на Российскую империю, потому что тогда был баланс, а нынешний баланс нарушен – идет экспансия.

О.ДЖЕМАЛЬ: Я не буду говорить, идет ли экспансия и нарушен ли баланс, но безусловно, община мусульман в Москве выросла, безусловно, это политика федеральных властей – у нас есть Федеральная миграционная служба, есть программа переселений, так что, наверное, ситуация меняется – мы не живем в начале 19 века, и для новой диаспоры нужны новые условия.

Е.ЧУДИНОВА: Политика властей это, конечно, замечательно, но не народ для власти, а власть для народа. Не далее как сегодня, готовясь к нашему эфиру, я связалась с жителями Текстильщиков, с инициативной группой, спросила их – что вас тревожит в данный момент? Что бы вы попросили озвучить? И они сказали – наши тревоги не находят никакого отклика во власти. Власть не идет с нами на диалог. Мы - налогоплательщики, жители этого места, мы хотим, чтобы с нами считались. Мы отправляем послания, собираем подписи, но бьемся о каменную стену. Как представитель гражданского общества, я немного не согласна с тем, что как власти решат, так и будет.

О.ДЖЕМАЛЬ: Кстати, я поддерживаю в этом деле Елену - безусловно, с людьми, где они живут, нужно считаться, и их мнение, должна здесь быть мечеть или не должна, нужно учитывать. Но вот что интересно - история с Текстильщиками, совершенно дикая история, потому что там разрешение на строительство мечети дали на участок, где ранее запретили строить часовню, что возмутительно, конечно. Если там нельзя строить, то там нельзя строить не только часовню, но и мечеть.

О.БЫЧКОВА: Это выглядит очень провокационно.

О.ДЖЕМАЛЬ: И вообще на самом деле все истории строительства мечетей в Москве - они немножко провокационные, потому, что на самом деле в Москве для обслуживания той массы мусульман, которая есть, нужно много небольших молельных домов. А здесь возводят редкие гигантские мечети, которые тешат только самолюбие мулл из духовного управления.

О.БЫЧКОВА: Елена, вы согласны, что маленькие, незаметные на общем городском фоне, не выделяющиеся сильно молельные дома решили бы проблему?

Е.ЧУДИНОВА: Нет, с этим я не совсем согласна, но я хотела бы напомнить, что московские власти выделяли 8 участков, как раз сегодня было заявление правительства Москвы на эту тему – выделяли 8 участков для строительства мечетей, нигде ничего не было построено, и весь этот шум и шантаж, который производит г-н Гайнутдин, а он уже грозит народным гневом, то есть, пытается какими-то силовыми рычагами оперировать - весь этот шум это попытка перевалить с больной головы на здоровую. Мусульмане, во-первых, должны сами разобраться, почему до сих пор так и не было ничего построено, а мы должны сказать, что оно, пожалуй, для нас и к лучшему. Потому что нам так спокойнее.

О.ДЖЕМАЛЬ: Ну что ж, да, Совет муфтиев России структура не совсем дееспособная - в силу как бы состава его участников – это правда.

О.БЫЧКОВА: Орхан, могло быть на 8 мечетей больше – их нет. Кого винить?

О.ДЖЕМАЛЬ: Я не знаю, выделялись ли эти места, кому выделялись, при каких условиях. Мечеть, которую возводили на месте Соборной мечети на Проспекте мира, превратилась в обычный долгострой, почему я не совсем понимаю, но я думаю, что все эти 8 проектов – кстати. Москве нужно не 8 проектов, конечно, - были как раз те помпезные гигантские проекты, которые на самом деле никому не нужны. Думаю, что проблема упиралась не с выделенной территории, а с финансированием этих проектов. На самом деле московской мусульманской общине нужен проект, аналогичный тому, что выдвинул новый патриарх о небольших молельных домах шаговой доступности, как он говорит сейчас: должны быть квартальные церкви. Должны быть примерно такие же квартальные мечети. Может быть, их должно быть меньше, но они должны быть - куда близко и легко дойти.

О.БЫЧКОВА: Лена с вами не согласна. Объясните, почему вам это тоже не нравится?

Е.ЧУДИНОВА: Не далее как на днях в Германии, уже на уровне министерства, поставлен вопрос о дискриминации немецких школьников их соучениками-мусульманами. Поскольку европейцы очень атомизированы, а мусульмане наоборот, у них очень развиты родоплеменные всякие отношения, то неизбежно от такого столкновения культур проигрывает европеец. Для того, чтобы европеец не проигрывал, должна быть иная миграционная политика, нежели сейчас. Опять же – я настаиваю на том, что большая часть находящихся в Москве мусульман находится в ней нелегально. А следовательно, их проблемы – это проблемы будущего дня, проблемные России.

О.БЫЧКОВА: Вы хотите сказать, что Москве не нужно не такое количество мечетей, а такое количество мусульман не нужно – если я правильно понимаю то, что вы сказали.

Е.ЧУДИНОВА: Да, я сказала следующее: когда один мусульманин приезжает работать по какой-то конкретно востребованной специальности, он интегрируется в европейское общество – то есть, ему никто не мешает, потому что европейцы достаточно веротерпимы, он никому не мешает. Но когда ислам - а очень глупо отрицать, что ислам является политической силой, идет таким валом, массой, когда люди переходят границу небольшими группами по сто тысяч человек, то уже об интеграции говорить не приходится. Мы говорим об изменении облика страны, который сейчас еще не произошел, но который неизбежно будет.

О.БЫЧКОВА: Понятно. Прерываемся на краткие новости и сразу после этого продолжим. Нужны ли Москве новые мечети – тема сегодняшнего «Клинча».

НОВОСТИ

О.БЫЧКОВА: Продолжаем программы. Нужны ли Москве новые мечети – дискуссия, которая получила новое развитие в свете последних событий, в частности, в московском районе Текстильщики, где жители выступили против строительства мечети. Елена Чудинова и Орхан Джемаль в студии. Мы остановились на тезисе Елены Чудиновой о том, нежелание, как утверждает Елена, мусульман интегрироваться в то общество, где они находятся, в частности, в Москве, приводит к множеству проблем. Собственно все эти конфликты - это их вина. Орхан, вы хотели ответить.

О.ДЖЕМАЛЬ: Дело в том, что Елене я благодарен за то, что она убрала тему существования мечетей и высказалась о том, что ее действительно тревожит – тревожит ее не количество мечетей, не их число или их отсутствие, а ее тревожит на самом деле присутствие здесь мусульман. Это я понимаю, эта тревога распространенная, банальная, общеозвученная - тут все понятно. Тут есть один момент - она говорит Германии - вот какое страшное зло, вот в Германии дискриминация в школах. Я не уверен, что Россию всегда можно сравнивать с Германией, но даже если сравнивать, я бы сказал так – когда вы говорите о массовом появлении здесь мусульман, то может сложиться впечатление, что через границу широкими рядами рвутся через пулеметные очереди. Перескакивают через колючую проволоку сотни тысяч людей. Нет, ничего такого нет. Этих людей сюда приглашают, привозят федеральная миграционная служба, эти люди нужны руководству 155-го строительного управления, они строят, и руководство СУ 155 совсем не мусульмане, это люди той же национальности и веры, что и вы. Эти люди приглашаются сюда системой жилищно-коммунального хозяйства, и рулят этой системой люди той же веры и того же вероисповедания и национальности, что и вы. Так что нет никакой экспансии. Дело в том, что экономическая ситуация в России, и не только в России, в Европе в том числе такова, что необходимость в рабочей силе из стран третьего мира есть. И они появляются здесь. Действительно, стран третьего мира, в том числе, исламских - приезжают мусульмане. Но коль вы людей этих самых сюда пригласили, то нужно создать условия.

Е.ЧУДИНОВА: Я их не приглашала.

О.ДЖЕМАЛЬ: Ваши единоверцы.

Е.ЧУДИНОВА: Спасибо за ваш вопрос – я именно на такой вопрос и рассчитывала. Дело в том, что французы, с которыми я очень тесно связана, как со страной, как с моими читателями, уже на эти грабли наступили значительно раньше нас. Это вопрос не москвичей, это вопрос не русских, это вопрос чьих-то сверхприбылей. Кто-то хочет сверхприбылей и он ищет, кто бы согласился жить в скотских условиях и работать за гроши, где хуже, чем здесь? Потому что свои рабочие, негодяи такие, хотят получать достойную оплату. И вот сверхприбыль данных лиц обходится катастрофой для страны. Потому что во Франции именно так – в начале 70-х гг. и поступили. Первое поколение работает за гроши, оставляя без работы придирчивых французов, которые, видите ли, хотят получать человеческие деньги за тяжелую работу. Второе поколение уже то так, то эдак, а третье поколение садится на социалку, не работая ни дня в своей жизни, и чудовищно бьет по карману налогоплательщика. Я хочу сказать, что поиск дешевой рабочей силы это экономическая ловушка, в которую легко попасть, но из которой чрезвычайно трудно выйти, и чем скорее это сделать, тем лучше – за тяжелый труд нужно платить достойно, чтобы местные жители шли на эту работу.

О.ДЖЕМАЛЬ: Тут есть глобальная проблема – дело в том, что современный мир, глобальный западный мир именно построен на том, что из зоны высокого давлении ветер дует в зону низкого давления, из стран третьего мира в страны первого мира утекают дешевые рабочая сила, дешевые рабочие мозги – пожалуйста, два человека из России, дешевые мозги, получили сейчас Нобелевскую премию.

О.БЫЧКОВА: Ничего себе – дешевые.

О.ДЖЕМАЛЬ: Это то же самое явление, ничем не отличное – это дешевые мозги, перекочевавшие в лучшие условия.

О.БЫЧКОВА: Но как же они дешевые?

Е.ЧУДИНОВА: За исключением религиозного фактора и криминального фактора. Потому что мы немножко забыли о том, что москвичи и вообще все жители России боятся ислама не просто сами по себе – все-таки не будем преувеличивать религиозную подготовленность нашего общества – они боятся, в том числе и ухудшения криминальной обстановки. Потому что вот ведь как бывает – сегодня достойный человек, которого продвигают г-н Джемаль, г-н Шевченко, как представителя прогрессивного ислама, который несет мир Кавказу, а завтра выясняется: девушка Яна Амелина, бесстрашная, прекрасная девушка, поднимает материал и выясняется, что продвигаемый этими господами человек, ваххабит. Учился у Хаттаба.

О.ДЖЕМАЛЬ: Я не понял, о ком идет речь.

Е.ЧУДИНОВА: Али Етеева. Я могу множество ссылок – вы вместе с Шевченко участвовали в проекте «Мир Кавказа». Вы не знаетЕ, что он учился у Хаттаба?

О.ДЖЕМАЛЬ: Я прекрасно знаю тысячи людей, которые учились у Хаттаба - многие из них достойнейшие люди.

Е.ЧУДИНОВА: Вот на этот момент прошу обратить внимание наших радиослушателей. Я не согласна с тем, что те, кто учится у Хаттаба, нм нужны и являются достойнейшими людьми. Мой оппонент считает иначе.

О.ДЖЕМАЛЬ: У каждого может быть свое мнение. А что касается люмпенизации и криминализации той самой дешевой рабочей силы в третьем поколении…

О.БЫЧКОВА: Подождите. Елена только что сказала, что люди, которых вы считаете достойнейшими, на самом деле террористы и ученики террористов.

О.ДЖЕМАЛЬ: Да, но только проблема в том, что люди, которые учились у Хаттаба не приезжают в Москву гастарбайтерами. И тот человек, о ком вы говорил, не был в Москве гастарбайтером. Я напомню, что, во-первых, он был русский, во-вторых, он был муфтием Осетии.

Е.ЧУДИНОВА: Ну какая нам большая разница, когда речь идет об общем процессе, который ищет опоры здесь и идет оттуда? Нам разницы никакой нет.

О.ДЖЕМАЛЬ: Подождите – вам нет разницы, русский это человек, или не русский, находится он в Москве, или не находится. Или вы полагаете, что мусульмане уже и на Кавказе жить не могут?

Е.ЧУДИНОВА: Мне есть разница, ваххабит он, или нет. А если он ваххабит, то почему его продвигают - вот это мне очень трудно понять.

О.ДЖЕМАЛЬ: Подождите - вот я ваххабит, живу в Москве – вы запрещаете мне быть ваххабитом?

Е.ЧУДИНОВА: Вы знаете, это с точки зрения государственной безопасности я никак не могу одобрить.

О.ДЖЕМАЛЬ: Одобрите вы, или не одобрите – я здесь родился, здесь родился мой отец. И что с того?

Е.ЧУДИНОВА: Связь вашего отца с таким ваххабитом, как шейх Саид Бурятский у меня лично вызывает очень большое удивление по поводу того, куда смотрят наши спецслужбы.

О.БЫЧКОВА: Господина Джемаля-старшего нет в этой студии, поэтому давайте мы не будем без него его в чем-либо упрекать.

О.ДЖЕМАЛЬ: Я знаю, что Елена хочет – у нее такая страсть перехода на личности.

Е.ЧУДИНОВА: Какая страсть, помилуйте?

О.БЫЧКОВА: Все-таки не будем говорить о тех, кого здесь нет, и кто не может нам возразить. Вернемся к теме. Я не поняла - проблемой являются мусульмане как таковые, или мусульмане с радикальными взглядами?

Е.ЧУДИНОВА: Проблемой является то, что, во-первых, мы не имеем инструментария, чтобы отличить, когда и у кого они радикальные или не радикальные – нет такого измерительного прибора. Поэтому это вызывает у нас чрезвычайно большую настороженность. Именно поэтому я и привела такой пример – уважаемый человек, а выяснилось, ваххабит, - подал в отставку. Скандал? - скандал. Но тем не менее, это не может не вызывать у нас естественной тревоги за наш образ жизни, за нашу систему жизни, построенную на Римском праве, по европейской модели. То есть, экспансия идет изнутри и имеет какую-то поддержку извне. Да, у нее два аспекта: те граждане, которые поддерживают ее извне, на мой взгляд, представляют национальную опасность интересам России.

О.БЫЧКОВА: Орхан, что делать жителям Москвы, которые считают, что их традиционному образу жизни наносится некий ущерб, имеется угроза, что он меняется в ту сторону, в которую они не хотели бы его менять?

О.ДЖЕМАЛЬ: На самом деле это такой достаточно глобальный вопрос, потому что традиционно между православными России и мусульманами России никаких трений не было.

Е.ЧУДИНОВА: Это было в период доминанты православия как титульной религии – тогда жили очень хорошо.

О.ДЖЕМАЛЬ: Та же самая ситуация могла бы сохраниться и в период доминанты ислама как титульной религии.

Е.ЧУДИНОВА: Вы знаете, мы с этим не согласны.

О.ДЖЕМАЛЬ: С чем вы не согласны?

Е.ЧУДИНОВА: Мы не хотим, чтобы ислам стал здесь титульной религией, в отличие от вашего коллеги Каддафи - не хотим

О.ДЖЕМАЛЬ: Не хотите и не хотите. Дело в том, что от вашего желания ничего не изменится.

О.БЫЧКОВА: То есть, вы считаете, что ислам будет в России доминирующей религией?

О.ДЖЕМАЛЬ: Я считаю, что количество мусульман в России будет расти, процент мусульман в таких финансовых центрах, в местах средоточия жизни, денег, в местах интенсивного оборота, в том числе, в Москве, будет расти. Это процесс совершенно объективный. Можно занять такую диковато-испуганную позицию, которую занимает Лена и говорить потом – мы предупреждали, смотрите, что происходит, люмпены, криминал. А можно в принципе озадачиться этой проблематикой и создавать инфраструктуру, образовательные системы для того, чтобы второе, третье поколение приехавших сюда на заработки людей не садилось на социалку, не уходило в криминал, а интегрировалось в общество. Ведь интеграция это не то, что человек растворяется и теряет самоидентификацию.

Е.ЧУДИНОВА: Интеграция и ассимиляция совершенно разные вещи. Я говорю о невозможности интеграции.

О.БЫЧКОВА: Елена, что делать, при условии, что доля мусульман будет, скорее всего, увеличиваться - что с этим делать?

Е.ЧУДИНОВА: Вот г-н Джемаль, к которому у меня была бы очень большая просьба не называть меня Леной, потому что я Елена Петровна.

О.ДЖЕМАЛЬ: Могу вас называть г-жой Чудиновой.

Е.ЧУДИНОВА: Хорошо, это меня устраивает. Так вот г-н Джемаль сейчас сказал, что ислам в России неизбежен. Скажите, а жизнь по шариату тоже неизбежна?

О.ДЖЕМАЛЬ: Для мусульман это благо.

Е.ЧУДИНОВА: То есть, в России будут жить по шариату?

О.ДЖЕМАЛЬ: Знаете, Дагестан во многих своих районах живет в значительной степени по шариату.

Е.ЧУДИНОВА: Я знаю.

О.ДЖЕМАЛЬ: Дагестан - это Россия.

Е.ЧУДИНОВА: Я знаю, что это уже происходит и движется от периферии к центру.

О.ДЖЕМАЛЬ: В Чечне ставленник российского президента Рамзан Кадыров мало-помалу вводит…

Е.ЧУДИНОВА: Шариат. И стреляет пейнтболом в девушек без хиджабов.

О.ДЖЕМАЛЬ: Чечня это часть России.

О.БЫЧКОВА: Но в России есть конституция, в которой про шариат ничего не написано.

О.ДЖЕМАЛЬ: Дело в том, что нельзя всех людей взять и построить под одну гребенку.

Е.ЧУДИНОВА: То есть, ислам движется от периферии к центру, а в Лондоне, где происходят немножко другие, но, тем не менее, сходные процессы, имамы уже говорят: в этой стране надо рубить руки за воровство, тогда эта замечательная страна превратится в рай, причем рубить руки они предлагают не только мусульманам.

О.ДЖЕМАЛЬ: Я понимаю, что вам воровство ближе.

Е.ЧУДИНОВА: Вы знаете, это оскорбление, и поэтому либо извольте извиниться, либо…

О.ДЖЕМАЛЬ: Я сказал только то, что вы сами сказали.

Е.ЧУДИНОВА: Мне ближе милосердие. Мне ближе цивилизационные нормы, а вы, любезнейший, если сейчас не извинитесь, как это принято в цивилизованном, далеком вам обществе, то я сейчас просто выйду из эфира, потому что с базарными такого рода деятелями, как вы, я считаю, ниже своего достоинства говорить.

О.БЫЧКОВА: Орхан, слово «воровство» нужно нейтрализовать.

Е.ЧУДИНОВА: Вы извиняетесь, или вы меня ловили на каком-то воровстве? Я бы больше могла говорить на эту тему, потому что обо мне никто не может сказать худого слова, между тем, как куда делись все эти деньги на все эти мечети – это очень интересный вопрос, о котором можно говорить очень много.

О.ДЖЕМАЛЬ: Так раскройте этот вопрос – куда они делись.

Е.ЧУДИНОВА: Подождите. Вы должны принести мне извинение в том, что вы сказали.

О.ДЖЕМАЛЬ: Я еще раз могу повторить, что я не обвинял вас в том, что вы воровка, и даже не думал о таком. Но судя по тому, как вас нервирует исламский подход к искоренению воровства, вам, видимо, воровство ближе, чем его искоренение.

Е.ЧУДИНОВА: Видимо, я еще и прелюбодейка?

О.ДЖЕМАЛЬ: Я ничего об этом не знаю, я свечку не держал.

Е.ЧУДИНОВА: Подождите, мне очень не нравится, когда женщин забивают камнями - вот не нравится мне это.

О.ДЖЕМАЛЬ: Я не говорю, что вы прелюбодейка. Но если вам не нравится борьба с развратом, значит, надо полагать, что разврат вам ближе, чем борьба с ним.

Е.ЧУДИНОВА: Господа, прошу обратить внимание, что мой оппонент не отрицает свое желание рубить за воровство руки и каменовать женщин за прелюбодеяния – прошу обратить на это внимание.

О.ДЖЕМАЛЬ: Я не осуждаю формы борьбы с таким ужасным злом, с таким ужасным криминальным явлением, как воровство - которое вас тоже только что тревожило.

Е.ЧУДИНОВА: Оно меня тревожит, но я человек, воспитанный на нормах Римского права, что вам очень трудно понять, и поэтому в одной земле жить по Римскому праву и шариату невозможно.

О.ДЖЕМАЛЬ: Но дело в том, что мы живем в России, мы уже живем в одной земле, где существует постсоветская юридическая система, которую почему-то вы называете Римским правом.

О.БЫЧКОВА: Орхан, в РФ действует конституция РФ. Там про побивание камнями и отрубания рук и шариатский суд ничего не сказано.

О.ДЖЕМАЛЬ: Ничего не сказано. Но про Римское право там тоже ничего не сказано.

Е.ЧУДИНОВА: Вы невежественны – на Римском праве живет вся Европа в течение тысячелетий.

О.ДЖЕМАЛЬ: Россия не совсем Европа.

Е.ЧУДИНОВА: Россия - Европа, потому что она живет на Римском праве.

О.БЫЧКОВА: Орхан, что делать с законами шариата и конституцией РФ, которые явно не соответствуют друг другу.

О.ДЖЕМАЛЬ: С законами шариата нужно делать следующее - их нужно поэтапно узаконивать, вводить в тех регионах, где есть необходимость в этом. Москва в их число не входит.

Е.ЧУДИНОВА: Спасибо вам на этом.

О.ДЖЕМАЛЬ: Пожалуйста, г-жа Чудинова.

Е.ЧУДИНОВА: Вы очень уверены в себе, вы хамите.

О.ДЖЕМАЛЬ: Да помилуй бог, чем же я вам нахамил?

Е.ЧУДИНОВА: Вы прекрасно знаете. Вы думаете, что за вами стоит очень большая экспансивная сила, но вы не понимаете, что такое европеец и вы никогда не сумеете этого понять.

О.ДЖЕМАЛЬ: Да перестаньте. Вы только что назвали себя европейцем, я вижу, что представляет собой европеец - это человек, который нервничает и требует извинений. Все.

Е.ЧУДИНОВА: Вы знаете, это человек, который привык держаться в определенных цивилизационных рамках.

О.БЫЧКОВА: Все-таки вернемся к предмету дискуссии.

О.ДЖЕМАЛЬ: Давайте. Мы далеко ушли от строительства мечетей.

О.БЫЧКОВА: Сейчас мы запустим голосование, потому что я понимаю, что участники нашего «Клинча» более чем явно определили свои позиции, и выразили это в вполне резкой конкретной форме. Вопрос у меня к нашей аудитории - итак, ближе ли вам позиция Елены Чудиновой, - 660-06-65, или ближе позиция Орхана Джемаля - 660-06-64. Голосование пошло. А у гостей есть возможность подвести итоги того, что вы сказали. Елена, что нужно делать – не пускать мусульман, не открывать новые мечети? Что нужно сделать для того, чтобы утихомирились страсти?

Е.ЧУДИНОВА: Нужно сделать сохранение российской традиционной идентичности титульной проблемой номер один в государстве. Потому что если будет ущемляться позиция титульного населения, это приведет к катастрофе.

О.БЫЧКОВА: Орхан, что нужно делать для того, чтобы страсти не выходили за пределы?

О.ДЖЕМАЛЬ: Проблема заключается в том, что я очень люблю русских, я вырос среди русских, и я очень люблю православных, я очень много общался с православными. Мне очень жаль, что Елена Чудинова о русских и православных людях говорит как о каких-то выхухолях, которых нужно защищать и вносить в Красную Книгу.



О.БЫЧКОВА: Орхан, я просила вас ответить.

Е.ЧУДИНОВА: Это уровень культуры - он не может иначе.

О.ДЖЕМАЛЬ: Нужно не бояться мусульман, нужно не бояться своих соседей, с которыми можно прекрасно взаимодействовать, с которыми прекрасно можно бороться против той власти, которую вы, кстати, не любите, если я понял.

Е.ЧУДИНОВА: Что значит «не люблю»? Как можно любить, или не любить управдома? Надо требовать, чтобы он выполнял свои обязанности.

О.ДЖЕМАЛЬ: В союзе мусульмане и православные прекрасно могут бороться против управдома, потому что они живут в одном доме и должны жить в этом одном доме.

Е.ЧУДИНОВА: Спорный вопрос.

О.ДЖЕМАЛЬ: Тогда давайте разделимся, вычленим Московскую область, объявим ее чисто русской православной территорией и забудем про все остальное.

Е.ЧУДИНОВА: Не надо передергивать.

О.ДЖЕМАЛЬ: А что делать с Башкирией. Татарстаном, Кавказом?

Е.ЧУДИНОВА: Это места компактного проживания мусульман. Мы прекрасно знаем, какие роскошные мечети строятся в Чечне, но в отношении введения в Чечне шариата, которое идет исподволь, необходимо на государственном уровне вмешательство. Потому что мы не можем этого позволить нигде, даже в мусульманских регионах.

О.ДЖЕМАЛЬ: Попробуйте.

Е.ЧУДИНОВА: Попробуем.

О.БЫЧКОВА: Ваши позиции понятны. Останавливаю голосование – за Джемаля у нас получилось 57,1%, за Чудинову - 42,9%. Это была программа «Клинч». Полная версия: http://echo.msk.ru/programs/klinch/717502-echo/